- Ты просто ангел, - Иван сделал шаг в мою сторону и обнял.
Я похлопала его по спине, когда дверь кабинета резко открылась и в проеме появился Давид. Его настрой не обещал мне ничего хорошего. Он недовольно оглядел нас с Иваном.
- У вас здесь школа или бордель? - проревел этот серый волк.
Ваня отпустил меня и обернулся ко входу. У него было красное лицо без просвета надежды. Даже Давид нахмурился от этой картины.
- Прошу прощения. Мы с Верой давние знакомые. Я ухожу.
Пока мой случайный гость покидал кабинет, мужчина у двери прожигал меня взглядом, сканирующе окидывая с ног до головы.
- Вас что-то не устроило, Давид Сергеевич?
- Песня – огонь! Ты – тоже!
- Благодарю. Еще каки-то новшества из ваших уст? – произношу, уже не скрывая желчи в голосе.
- Да. Я узнал тебя.
- Виват вашей памяти! Не прошло и четырех лет…
- Нет, - перебивает он меня, прикрывая за собой дверь, - Это тебя я трахал в подсобке на том корпоративе.
Глава 14
Вот вам и эпический звездец! Таких совпадений просто не бывает! Везет, как утопленнику. Что дальше? Нападение инопланетян?
- Мне кажется, вы меня с кем-то спутали, Давид Сергеевич, - складываю руки на груди что бы скрыть дрожь и хоть как-нибудь отгородиться.
- А это легко можно проверить, - облизываясь надвигается на меня этот наглец.
Он останавливается в шаге. Какой же он огромный! Заставляю себя стоять на месте, хотя трусиха во мне уже давно сбежала, сбросив все пароли и явки.
- Вам не кажется, что ваше поведение не соответствует вашему статусу? - все же немного отступают назад, стараясь, что бы мой голос не дрогнул.
- Не кажется, - он снова начинает движение ко мне, - Я абсолютно уверен в своих статусах и выводах. Осталось убедить в этом тебя.
Меня резко разворачивают, за спиной скручивают руки. Сбивчиво дышу, рукам неудобно, тело сдавило и прижало к стене.
- Вот так, малышка, ты мне больше нравишься, - шепчет над ухом и вдавливает себя в меня.
- Отпусти! - брыкаюсь этом капкане тела Давида, - Иначе я позову на помощь.
- Зови! - нагло заявляет эта сволочь, - И мы посмотрим, кто окажется в более пиздецовом положении, Верочка.
Я в шоке замираю. А ведь он в чем-то прав. В нашей стране всегда виновата женщина: не так оделась, не так посмотрела, не то сказала, не вовремя появилась. Да и много других «не». А я мало того, что женщина, так еще и учитель. У этой профессии «не» еще больше. Увольняют даже за фото в спортивном купальнике, что уж говорить про мой неоднозначный вид в сложившихся обстоятельствах.
Но, если нельзя общественным вниманием, никто не отменял женской манипуляции.
- Отпусти, - начинаю шмыгать носом, - Отпусти, пожалуйста, - слезы начинают литься из глаз. Я постоянно на грани истерики, что дает возможность расплакаться в любую секунду, - Прошу тебя, отпусти, - меня начинает отчаянно трясти от рыданий.
Мужчина убирает ладони и отступает назад. Закрываю лицо руками, срываясь уже в неконтролируемую истерику. Меня скручивает в очередном приступе боли и отчаяния, и я перестаю чувствовать опору и оседаю на пол. Через минуту пол исчезает, и я оказываюсь в руках Давида, который несет меня к моему месту. Там он сажает мое вздрагивающее тело на стул и садится на корточки возле ног.
- Прекрати, я тебя больше не трону, - мужчина убирает волосы с моего лица и пытается заглянуть в глаза, - Опухла, как после пчелиного укуса. Твой принц расстроится такому внешнему виду.
Мгновение. Застываю и смотрю в его лицо. Оно серьезное, без тени иронии и насмешки. Зачем он так сказал? И во мне начинает извергаться вулкан, сжигая на пути все, что не успело истлеть и сломаться. Слезы еще большим количеством льются по моим щекам, из груди рвется отчаянный хрип. Давид смотрит еще более растерянно на влияние своих слов.
- Да что на этот раз, то? - он вскакивает и нависает надо мной, - Пиздец какой-то! – смотрит на меня в недоумении, - Вы что, разбежались? Да? Да!
Меня выдергивают из стула и накидываются с поцелуем. Губы мужчины накрывают мои и его язык таранит мой рот, не давая вздохнуть.
От шока не сразу начинаю отбиваться, а лишь замираю, покоряясь напору.
Нет. Нет, нет, нет! Упираюсь в грудь мужчины ладошками, но он не обращает на это никакого внимания. Но я не хочу! Кусаю Давида за нижнюю губу, и он сам отстраняется. Трогает подушечками пальцев место укуса и рассматривает кровь ни них.