- Дерзкая, - как-то по животному улыбается сам себе, - Зато теперь точно знаю - это была ты! И ты снова будешь со мной. Я обязательно тебя трахну еще. Не сомневайся.
После этого меня оставляют в одиночестве. Облокачиваюсь на рабочий стол и пытаюсь осмыслить события последнего получаса. Ваня(мудак) и Катя, Давид(еще больший мудак) и его признания.
Зачем я вообще тогда поддалась похоти? Дура! Была бы умнее, была бы в безопасности! Но, хрен там не валялся. Никакого условного наклонения для истории. Нужно думать, как из этого выбраться с наименьшими потерями.
Вдох. Выдох. Вдох. Распрямилась. Нечего тут сопли размазывать. Тебе некогда и не за чем! Нужно хорошенько все обдумать и свет в этом чертовом туннеле обязательно появится.
Позже, гуляя с псом по парку, раскладываю все перипетии своей жизни за последние 1,5 месяца по мозговым полочкам, никак не могу найти безопасные или хотя бы безболезненные пути выхода. Что-то мне мешало. Не позволяло жестко и здраво посмотреть на все это. Хотя, о чем это я? Эти «что-то» - моя влюбленность во Владимира и страх быть уволенной из-за Давида.
- От этих мужиков одни проблемы! Не было и не нужно! - зло выпалила я, разговаривая сама с собой.
- Каких мужиков? Ты кого-то завела? - грубо прозвучало за спиной.
Оборачиваюсь. Владимир. Измотанный и обросший неаккуратной щетиной. Со злым взглядом.
- Отвечай, Вера! У тебя появился новый мужчина?
- Боже упаси, - поднимаю руки перед собой, - Мне больше не нужно. Наелась до тошноты. Но, кажется мне, это не твоя забота, - собираюсь уходить, но Аид тянет меня обратно. Он скучал по мужчине и с радостью отправился к нему для приветствия.
- Привет, лохматый, - почесал пса за ухом поставщик моей душевной боли, - Вера, нам нужно поговорить.
- Не ставь меня в неловкую ситуацию. Не хочу больше светиться рядом с женатым мужчиной. Не втягивай меня в эту грязь.
- Вера, все не так…
- Не так, как мне показалось? - перебиваю его, - А скажи мне, милый, ты разве уже не женат?
- Женат.
- Вот на этом и закончим. Я от этого, итак, никогда не отмоюсь.
- Вера, ну подожди ты, - хватает мою ладонь с поводком, - Я не смог развестись раньше. Карина уехала в другую страну на полгода и постоянно откладывала этот процесс!
- Она любит тебя и хочет вернуть. У вас семья. А на мужские измены я насмотрелась в своей жизни. Не хочу в этом участвовать.
- Вера, да услышь ты меня, - надломлено проговорил Владимир, хватая вторую мою ладонь, - Я ушел от нее год назад. Постоянно пытался разойтись, но она не хотела. И в тот день, когда она внезапно позвала меня, я надеялся, что удастся ее убедить освободить меня. Хотел рассказать ей, что влюблен в другую, но…
- Прекрати, - шепчу, ощущая, как соленая влага снова катится из глаз. Мне уже казалось, что больше жидкости в организме не осталось для этого, - Прекрати, Вова. Неужели ты ничего ко мне не испытываешь?
- Испытываю. Много чего. Я люблю тебя, Вера!
- Тогда не мучай меня. Я не хочу быть частью семейного разлада. Это очень больно и мне и твоей жене, - вытягиваю руки из его ладоней и покрываюсь мурашками от холода, - Прими решение. Разберись с женой. И потом строй планы на будущее, - разворачиваюсь и веду недовольного Аида домой.
- Вера, дождись меня! Я все решу.
- Тогда и поговорим, - шепчу себе, что бы никто не услышал.
Как бы я не сопротивлялась, но себя не обманешь. Я влюбилась и мне хочется счастья. Счастья рядом с ним, с моим Вовой. Но сейчас, это не он. Это чужой муж. Владимир Ланской. А мне чужого не нужно.
Глава 15
Видели когда-нибудь в интернете видео, как кто-то борется с обстоятельствами за кружку чая? То кнопка на чайнике не срабатывает, то пачка чая не откупоривается, то индивидуальная упаковка чайного пакетика не разрывается, потом нитка проваливается в кружку, а после, при попытке отжать пакетик, обрывается, ну и финальным аккордом реквиема нервной системы служит свернувшийся мусорный пакет в ведре.
Так вот. Это было мое утро.
Большую часть ночи я проворочалась, прокручивая события насыщенного дня. Меня не отпускали ни слова Вани, об их с Катей ситуации, ни лицо Владимира, который явно давно не обращал внимания на свой вид, ни поведение Давида, его внезапные реакции и угрозы в мой адрес. Вот последний, пожалуй, напрягал больше всех. Я, безусловно, не считаю себя страшилой, но и настолько роковой женщиной не являюсь. А он вчера был похож на голодного зверя, который дорвался до склада со съестными запасами.