— Да? — Послышалось из трубки.
— Через час на том же месте, приходи.
Если у тебя и свидетеля есть общая тайна — это как общий туалет — пользуйся, незачем проявлять благодарность. Помни: ты ничем не обязана. Но, если ты всё равно ему не доверяешь, значит, придётся до гробовой доски ходить за руки. Знай: если ты выбрала этот путь, значит, ты лишь жалкая приглядала, падающая в постель в залог спокойных и лживых будней.
Когда Соня пришла в кафе, он был уже там. За тем же столиком, во всеоружии — в руках у него был фотоаппарат. Не успела она сесть, как он ослепил её вспышками своей камеры.
— Ты что творишь? Убери сейчас же! Иначе я уйду.
Он послушно убрал камеру и сел как первоклассник.
— У тебя красивое лицо. — Сказал первоклассник.
— Я не люблю, когда меня фотографируют.
— Хорошо, не буду.
Не очень-то поверилось, но Соня думала не об этом. Заказав кофе, она не знала, как сказать главное. И чем больше она сидела, погружаясь в поток напряженного молчания, тем больше она нервничала.
— Я не знаю, зачем пришла… — Да, эта встреча уже казалась ошибкой.
— Ты знаешь. — Спокойно ответил он и был прав.
Соня знала, он знал. Но он — лишь очередной незнакомец, которому она не доверяет, которому придётся довериться, так или иначе, молясь, чтобы он не оказался подонком.
И, когда она отчетливо осознала, насколько ничтожно её положение, задаваясь миллионами вопросов, главный из которых: «Что делать?», и представляя свидетеля в роли шантажиста-подонка, наслаждающегося своей властью, он неожиданно предложил:
— Давай заново познакомимся? В первый раз у нас не очень-то получилось. Может, получится во второй?
Соня внимательно вгляделась в него. Что несёт этот ненормальный? А он продолжал:
— Давай прикинемся, что ничего не было, что я ничего не видел, а ты ничего не делала. Что мы незнакомы. Просто я сидел тут в кафе, пил кофе и ты вошла. Я увидел тебя и просто обалдел. Потому что таких, как ты, я никогда не видел. Потому что от тебя исходит какая-то энергия. И вот я подсел к тебе за столик, совершенно незнакомый тип с влюбленными глазами. Давай познакомимся.
Соня приросла к месту. Этот человек, вдруг начал столько всего говорить. Этот человек умел говорить.
— Давай, — только и сказала.
Он тут же встал, отошёл за угол, и через минуту вынырнул оттуда прогулочным шагом, как ни в чём не бывало.
— Привет! — сказал он, улыбаясь. — Я — Егор, у меня нет друзей, потому что я так хочу. Я собираю пластинки и иногда курю марихуану, фотографирую. Ты мне нравишься. Как тебя зовут?
— Привет, — и Соня назвала своё имя.
Они говорили долго, совершенно на разные темы и Соня даже забыла, зачем пришла и что вообще было. Как-то всё скованно началось, и знакомство, и это свидание… Зато продолжилось просто отлично — языки развязались, и она наконец выговорилась.
Она рассказала ему про школу и лечебницу - такое не говорят на первом свидании, но с Егором можно было быть откровенной. Он уже знал, в какого монстра влюбился. Он видел своими глазами. И оттого, что он принимал её такой, какая она есть, что ей не нужно притворяться, Соня впервые чувствовала себя собой. Она плакала, потом смеялась, потом опять плакала и опять смеялась... А он слушал.
Время летело незаметно, напряжённость испарилась сама собой. Они ели пиццу, пили вино и разговаривали, как старые друзья.
— Так значит, ты не веришь в любовь? — спрашивал он.
— Как-то не очень, — улыбалась Соня, изображая из себя циничную стерву.
— Значит, тебе легко?
— В смысле?
— Когда ничего не чувствуешь — легко. Ты спокойна, тебя ничего не мучает, не тревожит, ты засыпаешь и видишь цветные сны, и никакие мысли не способны побеспокоить их. Это, как броня — никто не причинит тебе боли. Так?
— С чего ты взял, что я ничего не чувствую? — ей не нравились эти «уколы».