Откуда-то изнутри своей головы она слышит:
«Ты заснула в ночь, когда твоя дешёвая тачка, эта груда пластика и железячек разлетелась на куски и всё, что происходит с этого момента лишь сон. Нет, ты не спящая красавица, ты просто тело, овощ с воткнутыми проводками, которые торчат из твоих вен, горла, носа, и прочих дырок… Ещё чуть-чуть и твоя кожа сморщится, а грудь покроется растяжками. Медсестры уже тебя похоронили. Ты слышишь, что они говорят?».
Они втыкают в твою вену ещё одну иглу, и ты слышишь:
— Когда же её отключат? Дальше только конец. Достало всё это…
Они давно хотят отключить тебя от всех этих аппаратов и проводков, отправить тебя кормить червей. Их достало уже всё это — ты, занимающая койку, ты — полудохлый мешок мышц и костей, бесполезный кусок мяса. Твои мышцы тряпки, твои глаза — тонкие щелки, похожие на царапины, две царапины вместо глаз. А на твоём заду отныне пролежни, потому что сегодня медсестра снова заперлась в туалете со своим дружком и забыла перевернуть тебя вовремя. На твоих глазах выступают слёзы, чувствуешь? Соленые тёплые слёзы стекают по щекам и намокает подушка. Пора проснуться. Открой Дверь, просто поверни ручку! Пора с этим кончать.
Ева слышит знакомый далёкий голос:
— Прости, просто раскрась лицо, просто расцарапай его ногтями…
И ещё один, совершенно другой:
— Вернись, твой мир не реален, ты живешь во сне.
Ева слышит, она подошла к черте. Она знает, что этот последний голос за Дверью прав.
Что реальнее: то, что вокруг тебя или то, что тебе кажется? То, что кричит внутри или снаружи?
— Вернись, — повторяет голос. — Ты же сама этого хочешь.
— Нет, не хочу, — отвечает Ева, но рука тянется к Двери.
Её ответ, её рука. Старая облезлая Дверка.
— Прикоснись к Двери, что ты чувствуешь?
— Движение, панику, скорость, тревогу…
— Это реальность. Нечто подлинное, настоящее, это правда.
Стопроцентная, однозначная правда. Персональная реальность Евы. Её ад.
— Почему я должна верить?
Ева слышит:
— Потому что ты всегда верила.
Она слышит это уже множество раз в своей персональной жизни, от своего возлюбленного, тысячу, миллионы раз. И это её возвращает:
— Верь, и ты обязательно победишь.
Просто поверни ручку!
Это было, как удар ножом. Резкий и смертельный.
Ева вспомнила. Вспомнила всё, как будто не забывала: дождливую ночь, подругу, Андрея возле подъезда и… девушку с тёмными волосами, которую он обнимал, целовал… Яркие фары грузовика… И от мира фантазий Евы не осталось ни пятнышка. Бац! Размах по лицу битой и света больше нет.
У каждого своя персональная зависимость. Своя ломка.
Если ты противна сама себе и мечтаешь по вечерам о блестящем револьвере… И, если однажды ты столкнулась с предательством самого близкого человека и забыла — считай, тебе невероятно, волшебно, сказочно повезло. Ты снова счастлива, тебе не нужна правда, не вспоминай.
Если ты нарисовала себе идеальный красочный мир, в котором не боишься жить и все твои мечты, тайные желания и капризы становятся его основой, что ж, главное всё не разрушить. Главное не знать, что это — твоя персональная иллюзия. Твоя сказка.
Но, любопытство становится сильнее — ты вспоминаешь, и первые чувства — ревность и боль. Значит, тебя однозначно прикончили. Удар ножом, резкий и смертельный.
Если и существует ад, то это — стопроцентно твоя реальность. Твой персональный номер люкс. Твоя печка. Ты никогда уже не будешь той, кем была.
Ева закрыла глаза. Воспоминания стремительно мелькали яркими вспышками, перемешиваясь в один белый комок и причиняли боль. Все те страшные, щемящие чувства вернулись и беспощадно душили изнутри, скребли когтями, словно кошки, не переставая. Она вспомнила скользкую дорогу, вспомнила поворот. И чем больше она вспоминала, тем страшнее ей становилось.