— Я ищу эту женщину, чтобы ее спасти. Если вы знаете, где она, покажите мне ее. Но не трогайте ее… Слушайте, Элеа! Я знаю, что вы меня слышите. Заявите о своем местонахождении вашим Ключом. Заявите о себе и не двигайтесь больше. Слушайте и смотрите. Я ищу эту женщину Элеа 3-19-07-91…
Один человек ее узнал, узнал по глазам. Ни у одной другой женщины не было глаз подобного оттенка, ни в Гонда-7, ни, быть может, даже на всем континенте. Человек прислонился к стене между двумя стволами деревьев, с ветвей которого свисали машины, распределяющие воду, питание и тысячи необходимых или просто желаемых предметов, которые можно получить с помощью Ключа. А он не может ничего получить. У него Ключа нет. Он пария, бесключник. У него нет счета, и он живет милостыней. Он протягивает руку, и люди, которые приходят попользоваться этим лесом разноцветных машин, дают ему какую-нибудь вещь или немного еды, которую он тут же ест или прячет в карман. Чтобы скрыть постыдную оголенность своего пальца без кольца, он носит вокруг фаланги среднего пальца черную ленточку.
Он видел, как Элеа спряталась на груди Пайкана, а тот завуалировал ее лицо. Он поймал ее взгляд и тут же узнал голубые глаза, которые только что показывали на экране.
Зеленые охранники медленно приближались. Каждый человек, мимо которого они проходили, должен был вставить Ключ в пластину, прикрепленную к запястью охранника и служившую своеобразными наручниками: Ключ человека, которого искали, невозможно было оттуда вытащить.
Элеа и Пайкан удалялись. Бесключник последовал за ними. Они никогда прежде не пользовались общим лифтом, посещаемым обычно плохо назначенными, теми, кто не держал друг друга за руку и кто нуждался в чужих спутниках жизни. Но вскоре они поняли, что на этот раз им при всем желании не удастся в него сесть: крутящиеся двери пропускали только по одному человеку и только тогда, когда он вставлял свой Ключ в пластинку…
Они не смогут воспользоваться ни этим лифтом, ни каким другим, ни одной транспортной платформой, не смогут получить ни пищи, ни питья. Ничего. Они ничего больше не смогут получить.
Гигантское изображение Элеа преграждало улицу.
— Университет ищет эту женщину Элеа 3-19-07-91. Он ищет ее, чтобы спасти. Если вы ее увидите, не трогайте ее. Следуйте за ней и укажите на нее. Мы ее ищем, чтобы спасти. Элеа, я знаю, что вы меня слышите… Сообщите о своем местонахождении вашим Ключом.
— Они смотрят на меня! Они смотрят на меня! — дрожа шептала Элеа.
— Нет, — успокаивал Пайкан. — Они не могут тебя узнать.
— Вы ее узнаете по глазам. Посмотрите в глаза этой женщины. Мы ее ищем, чтобы спасти.
— Опусти веки! Смотри под ноги!..
Тройной конвой зеленых охранников появился на Одиннадцатой улице и начал продвигаться вперед. Выхода не было. Пайкан бросал вокруг отчаянные взгляды.
— Хорошенько посмотрите в глаза этой женщины…
Каждый из глаз на изображении был выше, чем дерево, и голубой ирисовый цвет казался открытой дверью в ночное небо. Золотые искорки горели в них, как на небосклоне. Изображение медленно поворачивалось, чтобы каждый мог видеть его в фас и профиль.
Раздраженная безмерным присутствием ее самой, Элеа опустила голову, согнула спину, сжала руку Пайкана в своей. Он уводил ее к дверям Проспекта в надежде обойти стражников и пробраться к выходу. Нематериальное изображение перегородило дорогу. Они подошли вплотную к нему. Элеа остановилась и подняла голову. С высоты прямо на нее смотрели ее огромные глаза на гигантском лице.
— Идем, — нежно сказал Пайкан, притянул ее к себе, и она опять пошла.
Их окутал туман из тысячи дрожащих цветов: они вошли в изображение. Выйдя из него, они оказались прямо у двери доступа на Проспект. Вдруг створки выхода резко раскрылись под напором бегущей толпы студентов — ужасающе худых, обнаженных по пояс мальчиков и девочек. На груди у девочек был изображен большой красный икс — символ отречения от принадлежности к женскому полу. Больше не было ни девочек, ни мальчиков, одни восставшие. Начав антивоенную компанию, они раз в два дня голодали, а через день принимали только энергетический рацион. Они стали твердыми и легкими, как стрелы.
Студенты бежали, скандируя слово "пао", которое означает "нет" на обоих языках гонда. Элеа и Пайкан присоединились к ним и тоже побежали, чтобы успеть попасть в дверь, прежде чем она закроется.
— Пао! Пао! Пао! Пао!
Студенты толкали их, увлекая за собой, и они продвигались вперед с большими усилиями. Пайкан локтями пробивал дорогу. Студенты скользили справа и слева и, казалось, не видели их, завороженные повторяющимся криком.