Даже и не верилось, что два дня пролетели так быстро. Два дня уединения, два дня счастья. Простого человеческого счастья. Дэн прижался губами к вздернутому девчачьему носику. Он и сам не подозревал, что в его сердце столько нерастраченной любви. Два дня, а что потом? Сегодня день голосования. Сегодня будет решаться дальнейшая судьба всего экипажа.
— Келли, — тихо окликнул Дэн, целуя девушку в ушко.
Она взбрыкнула и натянула простынь повыше.
— Келли, нам пора.
Ноль реакции.
— Мотылек, подъем! Разлеглась, как черепаха на песке! Быстро в душ!
Да… привычка страшная сила! Келли вскочила, как ошпаренная. Выкрикнув «так точно», она скрылась за дверью душевой. Хэдук улыбнулся.
— Вот что значит дисциплина. Тебе спинку помыть?
В ответ журчание воды. Это еще до Келли не дошло, что они уже пара. Он приготовил завтрак и уже собирался поставить на стол два стакана с дымящимся кофе, как дверь душевой с легким шорохом спряталась в стене. В дверном проеме стояла Келли. Обнаженная, соблазнительная, покрытая капельками воды.
— Капитан, вы любите игры?
— Какие игры? — не понял Хэдук. Он не мог оторвать глаз от ее красивого тела.
— Разные.
— Так, Мотылек, отставить!
— Что отставить? — Келли улыбнулась и присела на стул.
— Может это… оденешься?
— Конечно, оденусь. Сейчас позавтракаем и оденусь.
— Это ты специально? Через двадцать минут весь отряд соберется в главном зале, и мы с тобою должны быть там. Через тридцать минут начнется голосование. Чувствует моя душа, что дело не закончится дружественным рукопожатием. Так, быстро оделась! Ты мешаешь мне думать!
— У нас еще целых двадцать минут.
— Нам надо позавтракать, еще неизвестно, когда потом получится поесть.
— Я не хочу есть.
— Зато я хочу! Ты вымотала меня и теперь я голодный, как зверь. Пожалуйста, оденься.
Келли молча встала. Не глядя на капитана, она быстро облачилась в форму.
— Так лучше?
— Намного. Поешь. Я старался.
Девушка улыбнулась и принялась за еду. Ела неспешно, при этом восхищенно вздыхая и эротично облизывая губы. Дэн так крепко сжал вилку, что едва не согнул пополам.
— Я впечатлена твоими кулинарными способностями. Очень вкусно, — с этими словами Келли демонстративно облизала пальцы.
Дэн плотно сжал челюсти. Резким движением он отодвинул стул и направился к двери.
— Ты куда?
— Если ты не забыла, то я — капитан. Когда уберешь со стола — жду в главном зале.
— Ты серьезно?
— А что похоже на то, что я шучу?
Улыбка соскользнула с девичьего лица. Плечи уныло поникли.
— Так точно, капитан.
Хэдук раздраженно замычал и в два шага преодолел разделяющее их пространство. Его руку легла на затылок девушки. Не успела она ахнуть, как теплые губы прижались к ее губам. Несколько минут они стояли молча, плотно прижавшись друг к другу.
— Келли, мне надо идти. Ты сама понимаешь, что положение на звездолете серьезное. Я получил информацию о готовящемся саботаже. Прошу тебя будь максимально внимательна. Я люблю тебя и не хочу, чтобы ты пострадала. Давай договоримся здесь и сейчас. Наедине я — Дэн, наедине мы влюбленная пара, но в присутствии других мы должны оставаться профессионалами. От этого зависит безопасность всего экипажа.
— Так точно, капитан Хэдук!
Его губы скользнули к ее ушку.
— Я надеюсь, что ты все правильно поняла.
— Да, капитан Хэдук.
Лицо Мотылька стало непроницаемым. От сексуальности и хрупкости не осталось и следа.
— Вот и отлично! Жду тебя в главном зале, — с этими словами Дэн покинул каюту.
Глава 22
Келли застыла у дверного проема. Торнадо стояла рядом. Она что-то напевала себе под нос, и это было верным признаком того, что весь отряд находится в повышенной боевой готовности. Голосование было в самом разгаре. Споры давно перешли в оскорбления и взаимные упреки. Выбор людей остановился на двух планетах: одни голосовали за планету с кольцами, другие за белую планету. Каждый приводил доводы в пользу той или иной планеты. Но, как поняла Келли, главным доводомбыло расстояние и критическое состояние «Посла-5».
Конечно, люди хотели преодолеть магнитные кольца и колонизировать землеподобную планету. Другие более реалистично оценивали ситуацию и понимали, что до планеты с кольцами звездолет может просто не долететь. Весь отряд Хэдука и обслуживающий персонал звездолета были за белую планету. По крайней мере, с ней у них был шанс.
— Я готов огласить результаты голосования, — голос Рамиева громом прокатился по залу.
На мгновение все притихли, никто и никогда не слышал, чтобы капитан «Посла» повышал голос. Люди напряженно ждали. Хэдук подал знак Спруту и еще трем ребятам и те осторожно стали продвигаться к кучке ученых, стоящих особняком у стены.