– Так ты из разочаровавшихся? – уточнил я. – Тоже бежал за мечтой, пока не вступил в реальность обеими ногами?
– Нет конечно! – он замотал головой так яростно, что суп из ложки вылился ему на комбинезон. Схватив салфетку, он принялся промакивать жирное пятно. – Ты меня за кого принимаешь?! Из нормальных я, из трудовых! Семья у меня, мать, отец там… Жена, трое мелких. Уже не мелких, наверное, я тут десятый год кручусь.
– Так долго? Продлевал?
– Конечно. Работа тяжелая, но это работа, и за нее платят хорошо. Я и третий раз продлевать буду, а получится – и четвертый, пока мелкие не отучатся и в люди не выбьются.
Некоторое время ели молча. Я вспоминал плюсов, с которыми имел дело на Марсе: упертые работяги выкладывались по полной, сгорая за несколько лет и отбывая на Землю с небольшим капиталом, бывшие заключенные, которые хотели только отбыть контракт, романтики, – как же без них? – которые редко дотягивали до звонка и массово сбегали домой. Но мало кому работа нравилась настолько, чтобы продлевать контракт больше, чем один раз. Для этого нужна была веская причина, трое детей, например, которые живут почти в центре экономической дыры. В целом, уже можно было составить портрет, осталось только уточнить:
– А ко мне тебя кто приставил?
– Считай, удача! – Войцех хохотнул, продолжая греметь тарелкой. Он уже перешел ко второму, и вилка мелькала, как маленькая молния. – У меня отпуск, я их обычно не беру, только деньги, а тут халтуру предложили: гостя по станции покатать, поглядеть, чтобы не обижали… ха-ха! И чтобы не заблудился. Думал, турист какой, а оказалось, целый следователь!
– Лучше бы конечно турист, да? – подначил его я, ковыряя в тарелке. Войцех широко распахнул глаза:
– Конечно! И по злачным местам протащить можно, и подговорить кого из своих, чтобы устроили "опасное приключение", ты как думал! У нас тут жизнь знаешь какая веселая? А турист – вещь редкая, вот, помню, водил одного, тот все снимать пробовал…
В памяти тут же появилась крикливая дама на таможне. Слишком громкая, слишком заносчивая. Интересно, где она теперь? Куда ее потащил кто-то из соплеменников Войцеха? От чего-то представилось, что она до сих пор не покинула таможню, и что до сих пор там длится противостояние: "Согласно параграфа такого-то…" Я непроизвольно усмехнулся от такой картины, отложил вилку и взял чашку с кофе. Войцех понял мой смех по-своему, спросил немного невпопад:
– Не веришь? Да ты у нас любого спроси! Программа всегда одна: развлечь, напугать, обобрать… ну, то есть, заработать побольше! Обязательно и в Красное пятно отвезут, болтанку устроят, и нападение организуют с ограблением со счастливым концом!
Люди везде одинаковы, как и поступки, из этой одинаковости возникающие. Все как на Марсе. Когда я был молод и работал оперативником, мы старались не реагировать на такие вот шутки, благо, они обычно заканчивались хорошо: сломанный пескоход благополучно прибывал на базу, ограбленным возвращались деньги.
– Со мной прилетела одна женщина, – объяснил я, – на таможне разминулись. Скандальная, с камерой. Когда видел ее в последний раз, она разносила таможенный пост. Не повезет тому, кто попробует ее ограбить, пусть даже не всерьез.
– Туристка? Нет, не слышал, разнарядку только на тебя скинули. Хотя, может, позже взял кто. – Войцех пожал костлявыми плечами, поставил чашку на стол, занятый грязной посудой. – Ладно, мне пора на базу, звони, если что.
Он приложил палец к видимому только ему счету и поднялся из-за стола. Я тоже не стал рассиживаться и, расплатившись, отправился в номер.
Глава 5 Жертвы и происшествия
Я прошел мимо лифта с широкими, как ворота, дверями, на Земле такие бывают только у грузовых, и побежал по лестнице. Ступени были рассчитаны на нормов, и идущий чуть выше морф шагал сразу через четыре. Я обогнал его, вышел на площадку второго этажа. Отсюда в две стороны уходил длинный плавно изгибающийся коридор с дверями по обе стороны. Я вызвал план гостиницы, чтобы найти свой номер, и только сейчас прочитал его спецификации. Заведение оказалось из недорогих, здесь в основном размещали командировочных со спутников, у которых не было постоянного жилья нигде на Большом Ю. Собственно, и этажей в гостинице было всего два, остальные занимали офисы торговых представительств, служащие которых тоже обитали в крошечных двухместных каморках, чтобы напихать их в ограниченное пространство как можно больше. И да, номер, который я сейчас искал, был из таких. И даже занят.