– Мой организм был готов к чему-то подобному. – Я пожал плечами. – Но все равно приятного мало. Профессору наверняка было намного хуже.
– Осмелюсь предположить, что и вам пришлось бы туго, будь у тех, кто все это подстроил, чуть больше времени. Вспомните, ведь корабль профессора болтался в пространстве несколько суток. Это я к чему: уверен, что не может быть никаких сомнений, что служба безопасности, и я лично к произошедшему не имеем никакого отношения.
– Вы бы сделали все как следует? – я обернулся и вопросительно посмотрел на него. Он с готовностью подтвердил:
– Именно.
Мы обменялись долгими взглядами. Когда до выхода на стоянку картов оставалось несколько шагов, Хаммер вдруг остановил меня, схватив за рукав и сказал, чуть понизив голос:
– Тот запрос на допуск к лабораториям проекта «Второе кольцо»… Уверен, вам нет необходимости туда отправляться. Это никак не связано с вашим расследованием.
– Это совет? – Я вскинул брови.
– Приказ. – Он смотрел на меня, серый человечек в сером костюме, совсем не страшный, если не знать, кто он. Но в моей жизни бывали и страшнее. Я выдержал его взгляд и спросил, открывая ему свои допуски полностью:
– Уверены, что у вас хватит полномочий? Мне нужно попасть на тот камень. Ваше дело – договориться, когда и как я это смогу сделать, потому что до поры лучше, чтобы то, что я вам показал, оставалось между нами. Мы поняли друг друга?
Хаммер смотрел на меня снизу вверх, моргнул, замедленно кивнул. Не сразу, но в его лице снова начало появляться уже привычное выражение. Но он все же сказал:
– Хорошо. Я постараюсь все устроить. А еще немедленно отправлю запрос на правомерность ваших полномочий.
Безопасник шагнул мимо меня, прямой, как палка. Когда он уже шагнул через порог, я окликнул его:
– Джон, я не собирался ни с кем ссориться. Надеюсь, мы с вами на одной стороне и делаем одно дело?
Хаммер замер, и вместо ответа снова коротко кивнул, а когда скрылся из виду, на стоянке раздался его ставший серым и плоским голос, раздающий указания. Я позволил себе расслабиться. Хорошо, что подстроил покушение не Хаммер, хотя все же не стоит до конца сбрасывать его со счетов. Плохо, что они спугнули настоящих убийц. Плохо, но пока не смертельно.
Связавшись с Войцехом, я в общих деталях обрисовал ему случившееся, в ответ получив экспрессивную и не совсем цензурную реакцию. Перестав восхищаться, морф спросил:
– Так тебя забрать? Ты сейчас где?
– Там, откуда ты меня забирал в прошлый раз. Скоро будешь?
– Сей момент!
Прежде, чем он отключился, я успел услышать рев автомобильного сигнала и ругань. На парковке тоже никого уже не было, вдали затихал скрип колес по покрытию. Я прислонился спиной к стене и приготовился ждать. В то, что Хаммер причастен к случившемуся, не верилось. Действительно, шок от покушения неплохо меня тряхнул. Даже сейчас, когда все позади, в груди гадкое чувство, которое можно распознать, как тяжелый, липкий страх. Я старательно загонял его поглубже, но он все равно оставался там. Служба безопасности совершенно точно спугнула того, кто должен был удостовериться, что ищейка мертва. А может, и не было никого. Например, если среди безопасников крот.
Войцех появился быстро. Снача до слуха донесся визг шин, что-то звонко лязгнуло, раздалась ругань, затем показался сам карт, подкатил, лихо затормозив передо мной. Поморщившись от мерзкого скрипа, я обошел карт и сказал, указывая на свежую вмятину на крыле с пассажирской стороны:
– Как-то ты не аккуратно в этот раз.
– Торопился на помощь. – Войцех пожал костистыми плечами. – Уверен, это достойная причина.
Я только отмахнулся. Характер у сопровождающего легкий, но иногда хотелось, чтобы морф был более ответственным. Усевшись в пластиковое кресло, я откинулся на спинку и неопределенно махнул рукой:
– Давай в гостиницу, только не гони, хорошо?
– Будет сделано! – откликнулся Войцех жизнерадостно, электродвигатели взвыли, но он вовремя опомнился. Карт тронулся с места легко, пополз к выезду в жилой сектор, медленно набирая скорость.
На улицах было полно народу. Мы въехали в многоголовую шумную толпу. Морфы всех модификаций, разве что за исключением русалок, двигались по обеим сторонам улицы, занимая и проезжую часть. Тут было шумно, очень шумно. Говорили все и сразу, по связи и с присутствующими лично, кто-то кричал, компания нетрезвых ремонтников что-то орала, хватаясь друг за друга. А еще было ярко, ярче, чем в мое первое здесь появление. Виртуальные и реальные неоновые вывески расцвечивали толпу, стробоскопическое мерцание реклам делало движения рваными, нарезанными на ровные отрезки по десятой части секунды. У меня заломило в висках. Я прикрыл глаза, отсекая хотя бы виртуальную часть, неон же рвался сквозь веки, приглушенный, но вполне осязаемый. Войцех спросил, заметив мою реакцию: