Я засмеялась:
— Монтируемся?
— Я не смог подобрать другого слова.
Я все еще смеялась, когда он смотрел на меня, немного смущенный.
— Я могу назвать около десяти подходящих слов, — сказала я и тут же вернулась к предмету нашего разговора. — Ладно. Никакого движения вперед. Никаких рассуждений на тему того, что мы двигаемся слишком быстро. Только наши отношения. Звучит отлично. Никаких сверхновых.
Бен улыбнулся, и мы чокнулись.
— Никаких сверхновых.
С минуту мы молчали, потом я нарушила молчание:
— Мы тратим наши пять недель и ведем себя тихо. Мне нужно знать о тебе больше.
Бен взял еще один кусок хлеба и намазал его маслом. Я обрадовалась тому, что напряженность исчезла. Кажется, разговор стал для него достаточно обыденным, чтобы намазать масло на хлеб. Он откусил кусок.
— Что ты хочешь узнать?
— Твой любимый цвет?
— Об этом тебе не терпится меня спросить?
— Нет.
— Тогда спрашивай о том, что тебе действительно хочется знать.
— О чем угодно?
Бен развел руки в сторону.
— О чем угодно.
— Со сколькими женщинами ты спал?
Он улыбнулся уголком рта, как будто я его поймала.
— С шестнадцатью, — безразлично ответил он. Он не хвастался и не извинялся. Это было больше, чем я ожидала, и на долю секунды я почувствовала ревность. Я ревновала к тому, что были женщины, которые знали его так, как пока не знала я. Эти женщины были в некотором смысле ближе к нему, чем была я.
— А сколько мужчин было у тебя? — спросил он.
— Пятеро.
Он кивнул:
— Следующий вопрос.
— Как ты думаешь, ты уже любил?
Бен откусил еще один кусок хлеба.
— Думаю, да, любил. Честно говоря, это был не слишком хороший опыт для меня. Это не было… Это не было весело, — сказал он так, как будто только что осознал эту проблему.
— Достаточно честно.
— А ты? — спросил он.
— Я поняла принцип. Я не могу задавать те вопросы, на которые не хочу отвечать сама.
— Разве это не справедливо?
— Справедливо. Я любила раньше, еще в колледже. Его звали Брайсон.
— Брайсон?
— Да, но не вини его за такое имя. Он милый парень.
— Где он теперь?
— В Чикаго.
— Ну что ж, хорошо. Милый парень теперь далеко.
Я рассмеялась, и тут официант принес наш заказ. Он поставил перед нами тарелки, предупредив, чтобы мы до них не дотрагивались, так как тарелки горячие. Но я до своей дотронулась. Она не была настолько горячей. Бен посмотрел сначала на мою тарелку, потом на свою.
— Можно мне съесть немного твоей пасты, а я отдам тебе часть своего стейка? — спросил он.
Я наклонила свою тарелку в его сторону.
— Разумеется.
— Кое с чем нам надо разобраться, — сказал Бен, подавшись вперед, чтобы съесть немного моих фузилли.
— Вот как? И с чем же это?
— Ну, если мы не собираемся менять наши отношения в течение следующих пяти недель, начиная с этого момента, то нам, вероятно, следовало бы заранее решить, когда мы переспим.
Он застал меня врасплох, потому что я надеялась спать с ним этой ночью. Но я сделала вид, что ни о чем подобном даже не думала. Я собиралась списать все на напряженность этого момента.
— Что ты предлагаешь? — спросила я.
Бен пожал плечами:
— Что ж, я полагаю, что у нас только две реальные возможности. Либо сегодня ночью, либо после пяти недель. Верно? Иначе мы бы не смогли сдержать наши желания все в середине… — Он улыбался во весь рот, когда говорил это. Он точно знал, что делает. Он знал, что я знаю, что он делает.
— О! Что ж, ради того, чтобы все упростить, — сказала я, — почему бы не сказать, что мы будем близки сегодня ночью?
Бен улыбнулся уголком рта и выбросил вверх кулак.
— Да!
Мне стало хорошо оттого, что я желанна настолько, что мужчина победным жестом реагирует на мысль о том, чтобы со мной переспать. Особенно потому, что я бы и сама выбросила вверх кулак при мысли об этом.
Остаток ужина прошел в некоторой спешке. Или, может быть, это я не могла сосредоточиться на еде, когда желание витало в воздухе. Все было решено. Бен поцеловал меня, прижав к своей машине, перед тем как мы в нее сели. Пока мы мчались домой, его рука лежала на моем бедре. Чем ближе мы подъезжали к моему дому, тем выше она поднималась. Я чувствовала каждый дюйм его руки на каждом дюйме своего бедра. Оно горело под его пальцами.