— Постой, а где ты остановился? — вдруг поинтересовался он, словно опомнившись.
— Сначала собирался в гостинице, но Виталик — добрая душа, приютил у себя. — ответил я. — Он не хотел сегодня на работу идти, но вызвали, а потому мне сам Бог велел пройтись по знакомым местам. К тому же его подруга Настя пришла… Зачем мне ей глаза мозолить? Нагуляюсь и вернусь вечерком, когда хозяин будет дома. Или давай вместе к нему завалимся немного попозже. Надеюсь, он против не будет.
Вместо ответа Виктор внимательно посмотрел на меня, скосив глаза сильнее обычного, и только после длинной паузы сам задал вопрос:
— Какая подруга Настя?
— Он и от тебя скрыл, что уже как год в близких отношениях с женщиной значительно моложе себя по имени Анастасия? — удивился я. — Но это невозможно! В маленьком городке все про всех знают, тем более ты с ним иногда видишься…
— Она о себе что-нибудь рассказывала? — перебил меня Виктор.
— Да не особо, хотя болтала много, — замялся я, а затем вспомнил содержание нашей с ней беседы за чашкой чая: — Ах, да! Работает в почтовом отделении.
— Ерунда какая-то, — буркнул он, после чего молча достал из кармана телефон и принялся сосредоточенно тыкать в него указательным пальцем.
Спустя пару минут Витек издал нечленораздельное «угу», после чего выставил вперед руку с телефоном, во весь экран которого красовалась фотография Насти.
— Да, это она, — сразу подтвердил я.
— Точно уверен? — тоном следователя спросил Виктор, внимательно следя за моей реакцией.
— Однозначно! — отозвался я нарочито манерно, пародируя ныне покойного политического деятеля.
Однако моему приятелю явно было не до шуток. Его живое мясистое лицо будто окаменело, на скулах взбугрились желваки, а немигающие глаза застыли в жутковатом косом взгляде.
— Не знаю, как произошла такая путаница, но этой женщины нет в живых уже более полугода, — наконец произнес он, словно выдавливая из себя каждое слово. — Да, звали ее Анастасия, и она в самом деле работала на почте. Могу также подтвердить, что наш Виталик с ней замутил роман примерно год назад. Вот только спустя несколько месяцев она заболела атипичной пневмонией или заразилась ковидом — точно не знаю, но выкарабкаться, к сожалению, не смогла. Летальный исход. Виталик тоже тяжело хворал, но, слава Богу, выздоровел.
Прежде чем до конца осознать услышанное, я вспомнил, как прошлой весной Виталик писал в сообщениях о своей высокой температуре и кашле, после чего пропал из мессенджера аж до лета, лишь дежурные утренние открытки продолжал слать регулярно.
— Но я только сегодня беседовал с Настей, сидя с ней за одним столом, как сейчас сижу с тобой! — вырвалось у меня взволнованное восклицание.
Вместо ответа Виктор, не сводящий с меня пристального взгляда, который становилось все труднее выдержать, положил передо мной свой телефон. Чувствуя себя без вины виноватым и окончательно сбитым с толку, я еще раз посмотрел на уже уменьшенную фотографию Анастасии, под которой столбцом размещались комментарии с соболезнованиями.
— Публикация от двадцать пятого апреля прошлого года на странице городского портала, — сухо сообщил Виктор, возвращая свой телефон.
Мне стало совсем непонятно, как следует реагировать. Если продолжать настаивать на том, что мой разговор с Настей имел место быть, то уподобишься полностью сбрендившему типу либо отъявленному лжецу. Перестать говорить на эту тему, каким-либо образом взять свои слова назад, а тем более попробовать перевести все в шутку и вовсе было невозможно. В итоге посидев еще немного в давящем безмолвии напротив умолкшего Витька, я сообщил ему, что мне пора идти, после чего протянул руку, которую он вяло пожал без лишних раздумий и вопросов. Оставив купюру возле нетронутых кофе с булочкой, я облачился в пуховик, натянул шапку и, толкнув входную дверь с дурацкими колокольчиками, вышел из душной забегаловки на морозный проспект.
«Ведь знал же, что истории оставшихся в маленьких городках обычно схожи, тривиальны и хороши только в качестве снотворного, подобно скучной литературе. Знал прекрасно, но все равно подсел за столик к Косому! — корил я себя, ускоряя от негодования шаг.
— В итоге пришлось не только выслушивать его банальщину, лишь из уважения изображая заинтересованность, но и попасть в глупейшее положение с этой загадочной Настей. К сожалению, талант находить неприятности так и не удалось пропить вопреки многолетним усердиям».