– Либерти, дорогая Либерти Роуз! – он был на грани отчаяния. – Нам не нужен приказ, чтобы пойти за тобой! Скажи нам всего пару слов, а мы покажем, на что способны. А как только Буревестники решат действовать – я не знаю, случится это завтра, или же пройдёт время – мы не пропустим этот момент, мы подтянемся к вам со всех уголков Илитиона. Пойми, они оставили родные дома, они прячутся там, они одиноки! Но они готовы довериться тебе, тебе одной, Либерти! Ты вдохновила их на этот шаг… так давай же завершим начатое вместе.
Калью почти с мольбой сжал в обеих руках её ладонь. Либерти взглянула на Тео – он был готов поддержать любое решение, хотя было понятно, что идея провести остаток ночи с подпольным сопротивлением была для него притягательна. Она снова вспомнила танцы в таверне и смелые крики толпы. Если у неё действительно выходило вести за собой людей, значит, пользоваться этим даром было для девушки сродни долгу.
– Калью, – она ободряюще сжала его руку. – Веди нас к ополчению.
Они шли тёмными переулками, заведомо выбирая самые неприметные из них. Калью показывал дорогу, и, несмотря на твёрдую походку, по его голосу было понятно, что он разволновался ещё больше.
– Вы не представляете, как много вы для меня сделали! – бормотал он, ощупью скользя вдоль стен. – Я никогда не забуду вас, Буревестники!
Замирая при малейших звуках, все трое переводили дух, а потом снова продолжали путь. Хотя встретить Гвардию на окраине и в такой час было практически невозможно, осторожность отнюдь не была лишней. Последнее, чего хотела Либерти, было разом выдать и себя, и единомышленников, которых они так долго искали. Она уже предчувствовала радость от встречи с ними: ощущение надежды, заготовленное для ополчения, давно начало теплиться в её душе.
Калью свернул куда-то вправо, выходя на довольно широкий, хоть и заброшенный тротуар между домами. Он огляделся по сторонам, словно ища какие-то знаки, а потом резко остановился.
– Прошу, подождите пару минут. Мне нужно отыскать здесь…
В этот момент Либерти показалось, что в её голове произошло переключение на другую частоту. Все звуки окружающего мира вдруг стали звучать фоном, как будто доносясь из старого граммофона. Она не разобрала следующие слова Калью, но догадалась, что ему нужно было подать сопротивлению некий знак. Своё странное состояние Либерти смогла списать только на переутомление и сильное напряжение. Теперь её заботило лишь то, что она не сможет произнести речь ополченцам с достаточной энергией. Сжав руки в кулаки, чтобы сохранить концентрацию, Либерти молча наблюдала за действиями Калью. Тот судорожно искал что-то за кучей грязных коробок у стены.
– А вы неплохо заморочились, – услышав приглушённый её разумом голос Тео, она повернулась к Калью спиной. – Столько приготовлений, чтобы попасть в укрытие!
– Так мы уже пришли? – подала голос Либерти, хотя и сама была в этом уверена. Ей нужно было сказать хоть слово, чтобы не упасть от бездействия на освещённый луной тротуар.
Сзади послышались шаги Калью. В следующую секунду Либерти ощутила у своей шеи холодное остриё шпаги.
– Пришли, Либерти Роуз.
Осознание наступило слишком быстро и даже побороло на несколько мгновений затуманенность в голове. Но именно этих нескольких мгновений хватило Либерти для того, чтобы податься вперёд и резко обернуться, одновременно с этим сжимая рукоять. Удар с плеча предотвратил атаку Калью: две шпаги скрестились в воздухе.
– Тео, это ловушка!
– Не стоит тратить силы, – прошипел сквозь зубы Калью. – В любом случае здесь скоро появится Гвардия.
Его лицо мгновенно исказилось: грязно-зелёные глаза помутнели от злости, улыбка превратилась в оскал, руки дрожали не от волнения, а от желания причинить боль.
– Ты вызвал их! – Тео в смятении кинулся к Калью, но так и не придумал, что делать. – Наплёл нам непонятно чего и сам же сдал ищейкам! Это всё ты, чёртова крыса!
– А что прикажешь делать? – недобро ухмыльнулся противник Либерти. Он неумело, но жестоко размахивал шпагой, пытаясь отразить её выпады. – Из-за ваших речей нас, обычных работяг, прижали пуще прежнего. Я уже не вижу семью, не распоряжаюсь своей жизнью! Только вкалываю на фабрике, а потом торчу на праздниках и смотрю, как запускают в небо мой труд, причину моих болезней и страданий! Сжигают, сжигают дотла! А всё из-за того, что вы, Буревестники, возомнили себя спасителями!
– И поэтому ты решил просто сдать нас Гвардии? – Либерти стремительно кинулась в сторону, атакуя Калью с неожиданного угла. – Сколько же сейчас обещают за мою голову?
– Достаточно, чтобы я мог обеспечить себе ту спокойную жизнь, которую давно заслужил. Я всего лишь компенсирую свои убытки, Либерти Роуз! А вас всё равно рано или поздно поймали бы. Но ты ошиблась насчёт головы: тебя хотят взять живьём, – он бросил быстрый взгляд на Тео. – А вот его…