Он случился к вечеру, когда, сославшись на усталость, девушка отправилась в спальню раньше обычного. На самом деле она едва ли смогла бы уснуть. К тому же ночная встреча со Скаем по-прежнему была в её планах. Либерти забралась на кровать и положила голову на согнутые колени. Оставалось надеяться, что откровенность с Рей не нарушит привычный ход вещей в штабе.
Стоило ей задуматься об этом, как дверь тихо скрипнула: Рей внимательно взглянула на неё, прошла вглубь комнаты и устроилась на своей кровати.
– И?
– Что «и»? – протянула Либерти, всеми силами пытаясь оттянуть беседу.
– Так и будешь изучать потолок? Кажется, он не настолько интересный.
– А что интереснее? – вспомнив вечную философию защиты и нападения, она бросилась в атаку. – Может, история твоей дружбы с Джульет?
Рей даже не моргнула. Но всё же чуть смягчила тон и медленно выговорила:
– Нет. Знаешь, это будет почти что скучный рассказ.
Либерти повернулась к ней, глядя прямо в лицо:
– Я обещаю не заснуть.
– Ну хорошо, – отбросив назад мешающие пряди волос, Рей заговорила тихим, но твёрдым голосом. – Моё полное имя – Рейвен Бэрил. Я из столичной семьи слуг, живших в доме Праздных. Там, на одном из закрытых вечеров, случилось страшное происшествие. Была дождливая погода, и хозяева возжелали запускать фейерверки прямо под крышей своего особняка. Говорят, их потолки были неимоверно высокими… однако законы науки везде работают одинаково. Огню неважно – пожирать развалины или дворцы. Праздные успели спастись. Прислуга осталась внутри, отдавая последние минуты жизни на сохранение чужих. Но всё это я узнала гораздо позже. А из детства запомнила только одно: приюты Гедонбурга.
– Рей, я… – Либерти поднялась с кровати и пересела к напарнице. – Подумать только…
– Не скажу, что мне жилось очень плохо. Главный урок там всего один…
– Прибиться к толпе, что сильнее тебя? – она слишком хорошо понимала, о чём говорит. Рей кивнула с горькой улыбкой:
– Значит, и ты была хорошей ученицей. Но я отлично понимала: за воротами приюта моя жизнь оборвётся раз и навсегда. Я была ничто, без будущего и даже без прошлого. И каждый день, проведённый там, в относительной безопасности, приближал мою кончину.
– У нас сирот забирали в артисты.
Рей вскинула голову.
– У нас – в ряды Гвардии.
Либерти затаила дыхание, ловя каждое следующее слово.
– Рядовой гвардеец – не самая завидная для Праздных должность. Их набирают из самых ловких и сильных воспитанников приютов. И я долго билась за то, чтобы вписать своё имя в список зачисленных в гвардейскую академию – то был список тех, кто выживет…
На ней снова был привычный чёрный плащ, однако только сейчас Либерти вгляделась в цвет рубашки под ним. Ткань почти полностью выцвела. Но в некоторых участках, особенно когда Рей расправляла плечи, можно было уловить едва заметный, тусклый оттенок голубого.
– Тогда, в пятнадцать лет, я и встретила Джульет. Мы одногодки, попали на один курс. Она – девушка из семьи Праздных, мечтавшая о военной карьере. Небывалый скандал, но её родители умнее многих в своём окружении – они поддержали решение дочери. Я – по-прежнему ничто, но уже с ожившим шансом на человеческое существование. Странно, однако мы сошлись.
– Но как? Кажется, она мало кого подпускает близко.
– Не могу знать. Но Джульет всегда видела во мне достойного соперника – а это, пожалуй, единственное, что может заслужить её уважение. Мы стали тренироваться вместе, после занятий и даже по ночам. Она открывалась мне всё сильнее. И… ей тоже пришлось несладко. Однокурсники видели в ней лишь Праздную, избалованную девочку, которая будет махать шпагой ровно до тех пор, пока удачно не выскочит замуж. Для неё же это стало вопросом чести – сколько раз я была её секундантом, когда она обезоруживала в честной схватке очередного недалёкого кадета…
Воспоминания легли на лицо Рей тёплой усмешкой.
– Как они не понимали… она была лучше, искуснее их всех, преданна Республике до невозможного. А я – я хотела быть преданной только ей. Может, во мне сыграло сиротское рвение найти кого-то сильнее себя. А может, всему виной лакейские гены. Но я пожелала следовать за Джульет повсюду, во что бы то ни стало.
– Но чего хотела она?
– Занять своё законное место, – Рей бросила на неё проницательный взгляд. – Рядом со Скаем Греслом.
Либерти напряглась всем телом. Конечно, разговор о Джульет не мог не коснуться его.
– В каком смысле?
– Не в том, о котором ты могла подумать, – Рей распознала ноту ревности раньше, чем та успела зазвенеть в голове самой Либерти. – Хотя все действительно ожидали их помолвки. Говорят, это была воля президента Ричарда – он выбрал сыну невесту, поставив их обоих перед фактом. Они друзья детства, но Джульет всегда стремилась защищать его, нежели быть спутницей. Она мечтала о должности капитана.