Они спустились с крыши здания напротив и пересекли широкий проспект. Поднялись на крыльцо и как по команде замерли. Арес, преодолев смятение, оглушил дверь уверенным стуком.
Она открылась почти мгновенно. Показавшееся в проёме лицо швейцара, не успевшего даже взглянуть на гостей, выражало вежливое равнодушие.
– Господин Марчелло сегодня не принимает… – он хотел было захлопнуть дверь, но его глаза успели ухватиться за знакомую фигуру. – Господин Марчелло?!
Отпрянув в радостном изумлении, швейцар позволил молодому хозяину и его спутнице пройти внутрь. Было видно: если бы не нормы вежливости, он давно бы кинулся к Аресу с объятиями.
– Как?.. Мы совсем не ждали. Но как же, как же я рад! – тараторил слуга, кивая в ненаигранном почтении. – Неужели Вы наконец к нам вернулись, господин?
– Я тоже несказанно рад быть дома, Луи, – предводитель тепло пожал его руку. – К сожалению или к счастью, мне скоро вновь придётся его покинуть. А пока позаботься о Рей, пожалуйста.
Швейцар принял у девушки плащ и засуетился:
– Проходите поскорее! Господин и госпожа как раз отдыхают в гостиной.
– Отец всё так же пропадает на фабриках?
Луи кивнул:
– Вернулся с полчаса назад. Но, кажется, сегодня он не в лучшем расположении духа…
– Другого времени у меня всё равно нет, – отрезал Арес. – Нет нужды провожать нас, Луи, спасибо. Родной дом я по-прежнему не забыл…
Предводитель повёл Рей вглубь широких залов: убранство комнат было столь же аскетично, как и фасад здания. Мебель, хоть и сделанная из добротных материалов, стояла ровно там, где была необходима и исключала любую напыщенность или хвастовство. Девушка подмечала про себя каждый элемент, составляя картину прошлой жизни Ареса. В ней было спокойно и понятно – и почти не было места свободе.
Они прошли через музыкальный зал. Игнорируя скрипку и несколько изящных флейт на полках, предводитель бросил быстрый, болезненный взгляд на чёрный рояль. А потом вдруг просиял и бросился вперёд, заметив у окна силуэт в белоснежном переднике.
– Мадлен! – здесь сам хозяин забыл о приличиях, крепко обнимая девушку и практически кружа её в танце. – Я и не надеялся встретить тебя здесь!
Та заморгала своими ясными глазами, выражавшими шок.
– Молодой господин? Вы?..
– Брось, оставь это! Ты всегда называла меня по имени. Ты одна и помнила моё имя, когда для остальных я стал Пересмешником!..
Пылкая речь предводителя словно напомнила Мадлен о чём-то сокровенном. Она ласково, чуть смущённо улыбнулась, оставляя на подоконнике маленькую метёлку для пыли.
– Простите… что встречаю Вас в таком виде, Арес, – девушка неловко поправила подол закрытого серого платья. – Сколько раз я представляла Ваше возвращение, но не думала, что всё будет так…
Она взглянула на Рей, стушевалась и смолкла. Предводитель подвёл напарницу к Мадлен.
– Думаю, ты и так знаешь о Рей многое. Но я представляю её тебе, как своего дорогого и близкого друга.
Девушка с волосами цвета свежего льна склонилась в почтительном реверансе:
– Я очень рада знакомству, госпожа.
Рей поморщилась.
– Ещё чего? Мы с тобой – ровня, не надо этой жеманности.
Она поспешно пожала руку удивлённой донельзя служанке.
– Мадлен – мой крошечный якорь спасения, – объяснил Арес. – Когда я не видел дневного света из-за постоянных занятий, она всегда была рядом. Стала мне единственным другом детства – считай, что выросли мы вместе. И осталась для меня лучше всех тех, кого мне навязывали на бесконечных балах.
От таких откровений Мадлен стушевалась ещё сильнее.
– Я думал, ты уже давно покинула наш дом, – предводитель взглянул в её лицо с обеспокоенной заботой. – Думал, отец отослал тебя, когда ушёл я…
Девушка мило усмехнулась:
– Это правда, что раньше меня держали больше для того, чтобы у Вас была компания. Но никто и не подумал прогонять меня после, что Вы! А я – куда же я отсюда уйду? Господин Патрис и госпожа Альбиона дают мне всё: защиту, хорошее жалование. К тому же…
– Что?
– Я хотела дождаться Вас, Арес.
В её голосе было столько наивной надежды, что Рей стало искренне жаль девушку. Предводитель смотрел на неё, внимая каждому слову.
– Мы видели старину Луи. Как он, всё такой же?
– Конечно. Только ворчит чаще, хотя Вас это, разумеется, не коснётся.
– Раньше и мне доставалось, – прыснул Арес. – Стоило только обыграть его в петанк. А как живёт его семья?