Либерти взглянула на крышу Амфитеатра Желаний и увидела там Тео: он стоял в окружении громоздких ящиков, а в его руках то и дело мелькали горящие спички. С каждым его движением над зданием взрывались всё новые и новые фейерверки, перебивая неистовый зрительный зал. Тео нагнулся к одному из ящиков, откинув в сторону крышку, достал оттуда какой-то предмет и бросил его вниз. Либерти увидела, как к её ногам упала прекрасная алая роза. Лёжа на мраморной площадке, она медленно качнулась под порывом ночного ветра и уронила один из широких лепестков. В следующую секунду на Амфитеатр Желаний обрушился ярко-красный ливень: розы сыпались вниз одна за другой, попадая в зал и на сцену, лишаясь в полёте алых лепестков и заставляя их медленно парить в воздухе. Зрители подняли головы вверх, изумлённо наблюдая за необычными осадками и поспешно стряхивая с одежды тёмно-зелёные листья. Сквозь шелест лепестков Либерти услышала позади себя звон шпаг: Арес уже был на сцене, сдерживая натиск гвардейцев, пытавшихся прорваться к девушке сквозь кулисы. Рей всячески помогала ему, перемещаясь из стороны в сторону с арбалетом наготове, стреляя в кровавую ткань и в тех, кто за ней скрывался. Либерти стояла у края сцены, окружённая океаном роз и усыпанная алыми лепестками, пока сзади неё разворачивалась отчаянная битва, а впереди безмолвно колыхались волны людских лиц. Она почувствовала, что волнение Праздных усилилось; пристальнее взглянув на Блейка, девушка поняла, что он с широко распахнутыми глазами смотрел куда-то наверх. Либерти перевела взгляд на крышу, ожидая увидеть затевающего что-то Тео – она была уверена, что именно он стал причиной нараставшего в толпе беспокойства. Однако Айви, полностью опустошивший ящик с розами, стоял у карниза и смотрел на Либерти в ответ с таким же непониманием. Тогда девушка опустила голову чуть ниже. На уровне третьего этажа Амфитеатра помещались широкие окна – она окинула взглядом каждое из них, отыскивая ответ, пока наконец не наткнулась на остриё стальных глаз.
Скай Гресл стоял вплотную к стеклу и держал в руке одну из роз. Его окно было открыто, что позволило Либерти догадаться, как именно он поймал цветок. Лицо президента выражало лишь лёгкое удивление: он с любопытством разглядывал розу, вращая её за стебель. Даже капля эмоции в глазах Гресла казалась девушке неожиданным зрелищем; она невольно задумалась о причинах такой резкой перемены. Распахнув форточку ещё шире, президент накрыл розу ладонью, и в его руке мелькнул какой-то предмет. Затем Гресл внимательно взглянул на Либерти и вышвырнул цветок из окна. К мрамору сцены устремилась полыхающая в огне роза.
«Зачем он сделал это? – девушка проследила за движениями серых глаз, стараясь не отводить взгляд ни на секунду. – Решил превратить всё в очередное шоу, прославляющее его личность? Что значит горящий цветок? Намёк, угроза?.. Он считает, что так же уничтожит и меня. Нет, я не дам ему наслаждаться собственным превосходством! Если роза и сгорит, то только в честь Буревестников…»
Она наклонилась и подняла цветок со сцены. Сжав в правой руке ещё не повреждённый стебель, она подняла розу высоко над головой, озаряя воздух танцующим в полутемноте пламенем. Лепестки чернели один за другим, огонь устремлялся всё ближе к пальцам Либерти, но она упрямо продолжала держать стебель мёртвой хваткой, протягивая ладонь к зрительному залу. Толпу опять накрыла изумлённая тишина; но вдруг среди свиста ветра девушка различила отдалённые голоса. Они раздавались откуда-то справа: Либерти повернула голову и заметила на углу улицы – там, где заканчивались ряды Амфитеатра – несколько дорогих автомобилей, около которых дежурили молодые люди в рабочей форме. Это были водители Праздных, терпеливо дожидавшиеся конца вечного торжества. Однако теперь они не ждали, а сами становились частью праздника жизни, выкрикивая что-то в пустоту бодрым тоном, всё сильнее повышая голоса, которые, будучи негромкими по своей сути, на фоне всеобщей тишины звучали громогласным кличем. Они реагировали на дерзкое заявление, они поддерживали Либерти, и счастливое осознание этого заставляло её поднимать розу ещё выше, загораясь подобно цветку. Изумлённая, радостная улыбка озарила лицо девушки; в первый раз она знала наверняка, что её выступление откликнулось в сердцах простых людей. Сбоку послышался шорох: Тео эффектно выпрыгнул на сцену подле неё. Вслед за ним к Либерти подошли Рей и Арес: предводитель кивнул ей, выражая одобрение лицом и ещё некое чувство, которому девушка не смогла подобрать название – изумрудными глазами.