- Зачем-то чистят этот район "подземки"... Дело в том, что я уже встречал здесь серых. Возможно, вас застукали случайно, - вмешался Шнобель.
- Похоже... Теперь они знают код и пароль ввода... Выход - в шесть часов, с этого компьютера. Они могут вернуться вечером и выйти... Это очень хреново, - сказал Оливер мрачно.
- А с другого компа они не могли бы выйти? - спросил Шнобель.
- Только с такого же. Их очень немного. И все подпольные. Еще отыскать надо, - ответил Оливер.
- Резон вернуться у них есть, - подытожил Шнобель. - Только, почему они его не утащили сразу с собой? - размышлял он вслух.
- Быть может, потому, что хотят выйти на связь отсюда, ведь выходить лучше с определенных точек. Тогда нет помех, есть полная гарантия выхода. Эта точка проверена. У Генриха есть ещё пара точек, откуда он смог бы выйти, если туда поставить компьютер, - подсказал Оливер. - На одну из таких я и предложил нам сваливать. Только... нужно, чтобы мы захватили с собой ещё и этот компьютер. Чтобы он не достался серым.
- Уразумел, - мигнул Шнобель. - Только, где эти точки - в другом районе подземки?
- Нет, они здесь, недалеко, - ответил Оливер.
- Тогда всё это - опасно, - однозначно подытожил Шнобель. - Вычислят. У них аппаратура. Вроде бы.
Повисла тишина. Иоганн начал потихоньку выходить из легкого ступора, в который впал, и тоже слегка шевелить извилинами.
- Значит, так. Надо валить. Подальше. И прихватить с собой комп. Нельзя рисковать. Остальное обмозгуем позже. Очухается Генрих - поможет. Главное - свалить. Причем, оставлять здесь кого-то - рискованно. Серые могут решить не затевать выход, а просто вернуться вскоре и тромбануть комп. Мы ведь не в курсе их планов, - размышлял теперь он вслух. - Вдруг их задача - только всё ликвидировать... Они получат дополнительное задание шефа - и вернутся, чтобы ещё и комп уничтожить, кроме людей. Я слышал, что их конёк - беспрекословное следование указаниям начальника.
- В этом есть своя соль, - заметил Шнобель, разгуливая по комнате. И его взгляд при этом то и дело падал на полки с книгами. - Кто-то из нас двоих, Кролас, должен сходить к началу пути, захватить пластпакет и "чешую" для Генриха. Заодно и комп отсюда упереть.
Теперь они прислушались: за дверями тем временем безумствовали незжи, пытаясь проникнуть сюда. Бр-р! Они скрежетали, пели что-то в совершенно диком диапазоне и царапали двери.
Почему-то Иоганн представил в красках именно свою одинокую прогулку по темному лабиринту подземки, свои встречи с незжами и зелеными всполохами на стенах.
Снова в комнате повисло глухое молчание.
- Ладно, придется рисковать, - вдруг решительно сказал Шнобель. Он стал методично вытряхивать из шкафа всякое старое барахло. Затем загрузил в наволочку комп и все ему сопутствующие детали, а также стал складывать книги с полок в попавшуюся под руки простынь, замотав её затем большим узлом. Действовал он отлажено и проворно. Остальные следили за ним как завороженные.
Закончив работу, Шнобель запихал в шкаф упакованный в наволочку компьютер и узел с книгами. Вынул из поясной сумки высокопрочную веревку и лихо обвязал ею шкаф два раза, попросив Иоганна помочь продеть веревку между шкафом и стенкой. Потом он завершил этот процесс вязанием хитромудрого и прочного узла.
- Не знаю, можно ли от незжей шкаф заговорить, но книги я как-то заговаривал, - признался Пещерник.
И все услышали странный текст, проговоренный им вполголоса:
- Стань невидим,
дым и сбитень.
Сбит, но не сшит,
Сшит, но не порван,
вор не найдет,
кот не украдет,
незж не унесет.
Незжу - незжево,
незачем наезжать,
нечего жрать, нечего видеть.
Видеть - обидеть,
Класть - не предвидеть.
Незж не заржавеет,
кот не околеет,
вещь не одряхлеет, - что-то в таком роде...
Затем Шнобель три раза плюнул через левое плечо и перекрестил шкаф. Потом он неожиданно снял с себя гиперкостюм и надел его на Генриха. Сам же стал копаться в хламье, вынутом из шкафа, пока не извлек оттуда джинсовую рубашку и кожаные штаны - самое подходящее и крепкое из того, что там было. Но, надев это всё на себя, он зачем-то сверху напялил драные клетчатые портки (как выразился бы Дорг) и хламиду - длинную холщёвую рубаху. Всё это было Шнобелю мало по длине, но широко в объёме и болталось на нём сильно. Зачем-то он всё верхнее тряпьё еще покромсал ножичком.
- Кр-расавчик, - захохотал вран, - загр-римируйся.
Пещерник хохотнул. Потом застыл, пораженный: