"Некое неуловимое ощущение потери... Что со мной? Да, нечто странное есть в ситуации с Линдой. И в этом обращении ко мне Карла Уварова... Он предостерегал? Или, даже намекал на угрозу? - размышлял он. - Стоп! Любое лечение предполагает сроки... Но Карл Уваров вел себя так, будто он и его сообщники просто похитили Линду, и похитили её навсегда... Интересно, она и правда была согласна отправиться к ним в институт? Раньше она никогда не испытывала желания полечить нервы, с ними было всё в полном порядке, насколько я знаю".
Чтобы немного привести в порядок мозги и чувства, Иоганн решил слегка прогуляться в центральном городском парке. Здесь было, конечно, не столь шикарно, как на Парамонах. Ни тебе специального купола установок, устраняющих чрезмерное количество солнечных лучей и несносную жару, ни тебе буйства натуральной растительности. Здесь большинство деревьев было из пластика. Только, то тут, то там встречались натуральные экземпляры клещевины, которые разрослись как небольшие деревца, а также кактусы и юкка. Сейчас здесь также была выставлена время от времени обновляющаяся экспозиция цветов и экзотических растений в кадках, которые постоянно заменялись новыми, как только они начинали сохнуть. Во времена пылевых бурь летом или очень сильных и, конечно, бесснежных морозов зимой, часто бушующих в Ростове, эти растения не выживали. И потому, их по возможности заранее уносили в закрытые теплицы.
Кролас сел на небольшую лавочку между двумя урнами из пласторганики в форме пеньков. В этом парке по вечерам повсюду били фонтаны: и маленькие, поливные, и большие, спадающие каскадами, с яркой подсветкой. Неподалёку от Иоганна только что включилась целая арка из фонтанов, бьющих навстречу друг другу тоненькими струйками. На проходящих мимо людей попадали брызги воды. Какие-то девицы при этом громко завизжали.
Некоторое время Иоганн сидел, тупо уставившись в узоры пластиковой плитки, изучая их хитросплетение. Он почему-то вдруг ощутил приступ сильного отчаяния и одиночества. И неожиданно для себя, мысленно позвал врана. И вдруг...Вран отозвался. Тоже мысленно.
- Не р-раскисай, - отчетливо услышал Кролас в своей голове. - И, наконец-то ты р-решился на мысленный р-разговор.
Конечно, он бы больше предпочел нормальную речь. Мысленный контакт его несколько пугал. Кроме того, полной уверенности в адекватном восприятии происходящего у него не было, и наличествовали сомнения, а не едет ли просто крыша на заходящем солнышке.
"Может, ты поговоришь со мной напрямую, голосом?" - спросил он врана, пытаясь как можно чётче думать слова.
- Р-рисково! Р-разговаривающая пустота! А за тобой, между пр-рочим, следят... И даже воздействуют пр-риборами. Вызвали депр-рессию...
- Зачем?
- Депр-рессию? Это - так, балуются.
- А следят зачем?
- Похоже, они хотят знать: ты действовал один, выйдя на Линду, или у тебя есть сообщники. И с какой целью ты бр-рал последнее интер-рвью. В общем, ты на заметке и под наблюдением. И тебе лучше не ходить ни к кому из вчер-рашних др-рузей. Чтобы не навлечь и на них непр-риятности. Хорошо ещё, что я вычислил Тар-раканова до того, как он вышел на тебя.
- Чем хорошо?
- Я немного блокир-рую действие их пр-риборов на тебя. А еще, у нас в запасе будет неожиданный сюрприз. Я успел пр-родумать... Ты сам к нему явишься, а не попадешь, как кур во щи. А это даст некоторое пр-реимущество. Напр-ример, знание некотор-рых ходов- выходов...
- Не надо пока про мой поход к Тараканову... Может, обойдемся без этого? Во всяком случае, у меня пока нет таких планов.
- Да, ты пр-рав, Кр-ролас! Не будем тор-ропить события!
- Но... Ты считаешь, что я сам, по своей воле, к нему отправлюсь?
- Да. Иначе, они до тебя всё р-равно добер-рутся. Р-рано или поздно.
- Зачем я им?
- А пр-росто так. Ты не очень вписываешься в гор-род...
"Странно, но внутренний голос врана представляется мне таким же, как и внешний: с теми же интонациями, хихикающим карканьем и ехидцей. Только при этом я отчетливо понимаю, что он звучит только лишь у меня в голове", - неожиданно осознал Кролас.
Он снова сосредоточился на формулировании нового мысленного вопроса.
- Куда мне теперь податься? Где я мог бы нормально поговорить обо всём с тобой? Дома?
- А такой р-разговор... Тебя не устр-раивает?
- Ну... Мне неловко. И трудно.
- Это - поначалу. Пр-ривыкай. Пр-ригодится. Очень.
- Ну... Может, потом и привыкну...
- Ну, хор-рошо. Мы не можем здесь вечно тор-рчать. Куда ты хочешь отпр-равиться?