— Что ты этим хочешь сказать? — не понял Озол.
— Ну, вот нам с тобой надо идти перевоспитывать людей. А там, в уезде, лишь дают указания — делайте, мол, так, привлекайте молодежь. Упмалису это было бы легко, но мне… Будь он на моем или Зентином месте, то, наверное, в волости вся молодежь уже была бы в комсомоле.
— Значит, ты думаешь, что Упмалису надо было пойти в волость, а ты могла бы выполнять его работу, так, что ли? — усмехнулся Озол.
— Нет, нет, так я не думала, — возразила Мирдза. — Просто и здесь комсоргом нужно бы такого парня, как товарищ Упмалис.
— Если бы у нас было много таких Упмалисов, Мирдза, то мы были бы счастливы, — сказал Озол. — Ты не забывай, сколько хороших ребят погибло на фронте, сколько немцы замучили здесь. Уездные и республиканские работники должны руководить работой большого масштаба, для этого нужны люди с большим кругозором.
Мирдзе хотелось спросить отца еще что-то, но они уже входили во двор имения. У хлева, в загородке для птицы, молоденькая девушка кормила кур, отгоняя назойливых уток.
— Пошли, пошли! Ишь какие барыни! Только и норовят урвать лакомый кусочек.
Сначала она не заметила приближавшихся людей, а увидев — вздрогнула, в ее глазах мелькнуло недоверие. Должно быть, она узнала их, но притворилась, что встречает впервые, давая понять, что они не очень-то желанные гости.
— Какая у вас большая и шумная семья! — пошутил Озол, улыбаясь.
— Разве она моя! — неприветливо ответила девушка.
— По крайней мере, они считают вас своей хозяйкой. — Озола не смутила строптивость девушки. Он смотрел с открытой улыбкой прямо ей в лицо; она не выдержала взгляда и отвернулась.
— Заведующий дома? — справился Озол.
— Откуда мне знать, — последовал резкий ответ.
— Я думал, что вы знаете, — Озолу стало смешно, что девушка сердится, сама не зная почему.
— Индюк тоже думает! — вызывающе бросила она.
— Это еще мой дед говаривал, — Озол продолжал улыбаться, — я надеялся, что нынешняя молодежь знает больше этого.
Девушка покраснела, поняв, что сказала глупость. Она смущенно наклонилась над корытом с кормом, оттолкнула его в сторону, опять передвинула. Из затруднения ее вывел Ян Приеде, подъехавший вместе с несколькими парнями на повозке.
Завидев Озола, он уже издали крикнул:
— Если бы ты знал, что здесь ночью было! Такая охота, что глаз не сомкнули.
— Что же случилось, лошади удрали, что ли? — удивился Озол.
— Какие там лошади! Вора поймали! В самой клети!
— Да что ты?
— Да, в самой клети. Я вчера около полуночи проснулся, стал раздумывать о том о сем. Вспомнилось, что зимой учитель, ну, Салениек, рассказывал о перевоспитании характера. Думаю, что я ничего не делаю, чтобы мой характер развивался. Говорю себе — грош мне цена, если так. И тогда начал размышлять, что я мог бы сделать такого, чего мне делать не хочется? Ну и надумал — дай встану с теплой постели, оденусь и пойду посмотреть, есть ли у лошадей корм. Правда, очень не хотелось вставать, а я себе говорю — ты пойди, раз уж так не хочется, иначе ничего с характером не получится. Собрался с духом и выскочил из кровати. Накинул ватник и пошел к лошадям. Вдруг во дворе слышу — в клети словно бы дверь скрипнула. Думаю — тут что-то неладное. Подхожу тихонько к клети. Не знаю, чем я думал, один пошел. Милиционер мне потом говорил — тебя ведь могли убить. Подхожу к клети — дверь прикрыта. Посмотрел — не заперта. Я — раз, сунул ключи и замкнул. Думаю, что делать? Звать Ивана — и вдвоем схватить? Пожалуй, не совладать. Вернулся в дом, спрашиваю Эмму — как быть? Она говорит, с ума ты сошел, звони милиционеру. Ну, тогда я позвонил. Приехали они на велосипедах вместе с господином начальником почты, а у того такая умная собака. Понюхала — и к дому нашего кузнеца. Он — этот господин с почты, говорит — вор из вашего же дома. Вдруг слышим — на дороге прогрохотала машина и скрылась. А почтарь говорит, надо снять мерку со следа машины. Мы с Иваном тем временем постучались к кузнецу. Выходит сама в такой длинной кружевной рубахе, ну — до земли. «Чего вы тут орете и шумите?» — бранит она нас. А мы не орали и вообще ничего. Спрашиваем, где кузнец, пусть выходит. Она отвечает — пошел к соседям в карты играть. Тут милиционер подошел и говорит — ну, пойдем, Ян, открывай свою мышеловку. Выстрелили в воздух, чтобы в клети знали, что у нас оружие. И знаешь, кого мы вытащили оттуда?
— Кузнеца, — догадался Озол.
— Откуда ты знаешь? Тебе это уже кто-нибудь рассказывал? — удивился Ян.
— Ты сам только что говорил.
— Ах, верно. Ну да, задержали кузнеца. Пришел рожь красть. А я думал, где он самогон берет?