- Людей особо не разглядывай, старайся даже головы не поднимать. Следуй за мной так, что бы никто меж нами не встрял, хоть за подол держись... Для получения бумаг, где твой отец-купец и поминаться не будет придётся в каких-то случаях лично представиться. В тебе, голубушка, видна порода, наши фамильные черты. Наберись терпения, милая, это очень важно...
И тётя с племянницей разработали целую систему знаков, жестов и фраз, на которые будет реагировать Елена. В каких случаях должен быть самый глубокий реверанс из всех возможных, после каких слов следует лишь полупоклон, а когда и почтительно склонённой головы достаточно. После каких слов Марии Павловны следует поговорить об этом, а после каких... о том. Для Татьяны половина из услышанного было как китайская грамота, но барышня сказала что всё поняла и всё сделает. Круговерть этого дня трудно было с чем либо сравнить. Разве что, если в 21 веке весной задаться целью обойти все музеи Питера за один день. Они входили в массивные двери громадных домов, снимали верхнюю одежду, поднимались по парадным лестницам, даже пили чай с кем-то разговаривая по-французски. И что странно, Татьяна понимала о чем они «чирикают». И ещё по интонации и оттенкам голоса Марии Павловны и Елены от почтительного до просительного можно было понять с какой персоной они беседуют. Пару-тройку раз Жуковские заходили в дома, где мимо сновали какие-то мужчины в штатских мундирах. Почему в штатских? Потому что без оружия и с папками и бумагами. Елена с Лукерьей садились ждать, а Мария Павловна, спустя некоторое время, выходила с очередной бумагой и довольным лицом.
- Ну, почти всё, Елена. Сейчас заедем к важному чиновнику, подпишем и заверим наши бумаги и, даст Бог, отправимся в поместье.
Но... с важным чиновником случилось нечто неожиданное. Пока получали согласие на приём речь шла о титулах и званиях - «его превосходительство» «господин действительный статский советник» «их сиятельство»... имён и фамилий не звучало. Когда сударынь проводили в кабинет и Елена согласно договорённостям присела в глубоком реверансе... наступило тягостное молчание. Барышня слегка повернула голову в сторону тетушки, но лица Марии Павловны ей не было видно. Девушка выждала положенное время для такого приветствия и выпрямилась, боясь смотреть в лицо чиновнику. Теперь краем глаза Елена видела резко побледневшее лицо тёти, застывшей с гордой и прямой осанкой. Но вот наконец Мария Павловна вздохнула, склонила голову в глубоком поклоне и произнесла:
- Доброго дня, Ваше... превосходительство. Осмелились побеспокоить Ваше сиятельство для заверения бумаг моей племянницы Жуковской Елены Аркадьевны.
И слегка протянула руку, показывая чуть подрагивающие документы.
Чувствуя как начинает напрягаться тело барышни, Татьяна поспешила её успокоить:
- Не паникуй, дыши спокойно... Ты должна выдержать, не подводи тётю... Жди что будет дальше, обещала же...
- Её дочь? Почему не родители, а Вы... - голос статского советника был глубоким, вкрадчивым... и опасным.
- Круглой сиротой осталась, голубушка, я попечительствую... бумаги нужны, Ваше сиятельство, для... помолвки и венчания - речь госпожи Жуковской была твёрдой, но напряжённой.
Елена вздрогнула от последних слов тёти и Татьяна сказала мысленно:
- Не спеши пугаться, может так надо сейчас... тёте виднее... она тебе обещала, помнишь в монастыре... ждём...
Видимо получив знак от чиновника, Мария Павловна сделала несколько шагов, положила бумаги на стол и отступила на «приличествующее» расстояние.
Опять несколько томительных секунд напряжённой обстановки... и девушка услышала скрип пера по бумаге, а так же еле слышный вздох тётушки.
- Возьмите свои бумаги, барышня - услышала неожиданные слова статского советника Елены и вопросительно глянула на Марию Павловну. Та слегка кивнула и девушка на непослушных ногах сделала несколько шагов к столу. Потянула на себя поданые документы, но... Его сиятельство не выпускал бумаги из рук. Елена невольно подняла на чиновника удивлённый взгляд и застыла... никогда ещё мужчина не смотрел на неё так.
Опешила даже Татьяна, повидавшая всякое в своем веке, и в кино, и в интернете. Поджарый, с легкой проседью на висках, самоуверенный, пресыщенный альфа-самец оценивал добычу. Предвкушающий, на грани похоти взгляд охотника. Хладнокровный убийца... Как будто ставил силки на куропатку, а попалась жар-птица. И уж он то знает как с ней повеселиться...