— Сы-ту-ден, — по слогам пробормотал Волк. — Что-то про студень.
Волчара оглядел неожиданную добычу и удовлетворённо вздохнул:
— А студень из него получится хороший. Ишь какой мосластый.
— Не надо из меня студень, — несмотря на дурацкую ситуацию, Иван удивительно резво вскочил. Всяко лучше просто сойти с ума, чем быть съеденным собственными галлюцинациями.
Волк смерил его задумчивым взглядом и снова поднёс удостоверение к глазам:
— Иван. Ишь ты… Иван, — пробормотал косматый хищник. — Ванька, значит… Дуров, — дочитал Волк, — я ничуть не сомневался. Нам в компанию как раз дурака не хватает.
— Я не дурак, — обиженно завопил Ваня. Мало того, что над ним в группе смеются, так ещё и собственные видения вздумали издеваться. — И вообще. Что со мной? Где я?
— А вот это уже по существу, — Волк опустил удостоверение на землю. — Мы тоже хотим знать, кто ты и как сюда попал?
— Не тушуйся, боярин, — посоветовал Колобок, — и не боись. Ишь, как тебя лихоманка скрутила. Дрожишь весь. А ты не боись. Не обидим.
— Не знаю, — чуть не плача, прокричал Иван, — я вышел из аудитории. А тут по башке чем-то. Кажется, сосулькой. Я не виноват, — парень непритворно вздохнул, и из его рта понеслись бессвязные жалобные всхлипы:
— Лекция про глюки… Я сам не понял. Больно… В самое темечко… А тут вы. С парейдолическим эффектом… Сосулькой по голове…
— Трамваем по ноге, — раздражённо передразнил Волк. — Пудов десять будет.
Фраза заставила студента немного успокоиться, и он удивлённо уставился на Волчару, который был знаком с творчеством Булгакова.
— А где я? — после небольшой паузы робко уточнил парень.
— Знамо где, боярин, — встрял Колобок. — В сказке. В государстве сказочном. Ты вокруг глянь. Красота-то какая, — он обвёл окружающее пространство крошечной ручкой и с благоговейным вздохом констатировал. — ЛЕПОТА!!!
Иван машинально проследил за движением Колобка и обалдел.
Территория психиатрического института раздвинулась немыслимым образом. Старые тополя и каштаны исчезли, а на их месте выросли многочисленные кипенно-белые берёзы. Да и вообще вся территория преобразилась самым фантастическим манером. Ваню окружала сказочно-красивая роща. Светлая, чистая, и почти под каждым деревом рос гриб. Разумеется, белый. Кичливо нарядный и крепкий. Сам же он сидел на сухой песчаной дорожке. Она извивалась между берёз и упиралась в небольшую речку, что угадывалась за их стройными стволами. К слову сказать, кислый питерский апрель трансформировался в жаркое лето, на что указывала сочная листва и трава.
— Сказочное? — глупо переспросил Дуров. — Это после того, как меня сосулькой по голове?
— Тебе видней, — Волк хмыкнул. — У нас тут чаще пыльным мешком бывает.
— И что? Здесь герои русских сказок живут?
Иван так и не мог переварить случившееся и оглядывался вокруг в состоянии, близком к панике.
— Отнюдь, — возразил Колобок, — всякие водятся. И не только сказки. Хвильмы, например. Даже, знам дело, басурманские. Глядел я тут одну хвильму. Хвантастикой называется.
И словно в подтверждение слов Колобка в ту же секунду над головами героев со свистом пронеслись какие-то треугольные тени.
— Корабли Империи, — чуть слышно пробормотал Ванька.
— Разлетались треклятые, — Колобок погрозил небу крошечной ручкой. — Змей Горыныча на вас нет.
Иван огляделся ещё раз и с тихим воем ткнулся лбом в прогретый песок тропинки.
— Я сошёл с ума!
— Похоже, что с тобой это не впервые, — нелюбезно проворчал Волк. Он неспеша почесал нос лапой и смачно зевнул во всю пасть. На солнце сверкнули ровные белоснежные клыки.
Ваня нелепо хрюкнул, но возражать почему-то не посмел.
— Что же мне делать? — дрожащим голосом поинтересовался парень.
Кажется, выход только один. Раз уж чокнулся прямо на территории института, то самое время лечь на лечение.
— К Кощею тебе, мил человек, надо, — вздохнул Колобок.
— Зачем? — не понял Иван.
— Знамо дело, зачем. Он — по всяческим злоключениям главный.
— Чепуха, — возразил Волк, — зачем ему Кощей? В самый раз к Доктору Айболиту.
— Много ты понимаешь, — неожиданно вскипел Колобок. — Он совершенно здоров. Потерялся только немного.
— Видали мы таких потерявшихся. Ты ещё провожать его возьмись. Иван, да ещё с такой фамилией одни неприятности принесёт.
— Можно подумать, от тебя одни радости, — перебил Колобок. — Мало того, что ты жрёшь за троих, так ещё грозишься у каждого полбока оттяпать.
— Амплуа у меня такое, — Волк равнодушно хмыкнул. — Всяко лучше, чем твои тупые россказни про то, как ты свалил от деда с бабкой.