– Признаться, мне тоже казалось, что это человек. Хотя наши решили, что трубы воют. То есть, насколько я понимаю, большинство посчитало, что в какой-то трубе образовался проем. Но человек заперт не в нашем подвале. Тогда здесь был бы другой звук. А кричали или выли, или я не знаю что под проезжей частью! И если бы человек заходил отсюда, он бы снова поднялся к двери и в нее постучал. Я бы – или кто-то другой из дежурных – это услышал!
– Где у вас вход в подвал? – спросил один из милиционеров.
– Пойдемте, – дядька повел делегацию непрошеных гостей под лестницу.
Там оказалась металлическая дверь в стене, на которой висел внушительного вида амбарный замок. Никаких люков в полу поблизости не наблюдалось.
– Ключ где?
– Сейчас будем искать. – Дядька отправился на пост и вскоре вернулся с нужным ключом, открыл дверь и сделал милиционерам приглашающий жест.
Вместе с представителями органов в подвал спускались Ольга, Екатерина Афанасьевна и Вася. Остальные остались наверху.
Но этот подвал был отремонтирован, в нем проходили новые трубы, пол тут явно мыли, никто не распивал спиртные напитки. Площадь подвала была значительно меньше площади дома по периметру. Ни в одной из стен не наблюдалось никаких проемов, дверей, даже щелей. То есть отсюда человек никак не мог попасть в подземные ходы – если они проходят под проезжей частью и тротуаром.
Милиционеры извинились перед дядькой, тот сказал: «Служу Советскому Союзу!» Ольга подумала, что нельзя служить тому, чего нет, но промолчала. Ей вообще-то очень хотелось спать, но, как врач, она не могла оставить человека, которому явно требуется медицинская помощь. И она просто не могла забыть о человеке, попавшем в беду.
– Идем в соседний с нашим дом, – объявила на улице Екатерина Афанасьевна.
Милиционеры замялись.
– Как раз проверите, не поселились ли там гастарбайтеры или бомжи, – объявила Екатерина Афанасьевна. – А может, какое-то преступление на месте раскроете. Или вы хотите уклониться от своих обязанностей?
Старушка прищурилась. Милиционеры явно поняли, что им проще выполнить свои обязанности и вообще как-то разнообразить дежурство, чем потом писать объяснительные. Они знали, что Екатерина Афанасьевна пойдет к их начальству, напишет кляузу. С другой стороны, она и благодарность могла написать.
Обычно жильцы коммуналки не видели окон этого дома. Из их квартиры они не просматривались, к своему дому они подходили с другой стороны. Делать круг и ходить мимо этого дома ни у кого необходимости не было. Ко всем целям вели другие пути. Теперь же жильцы коммуналки и милиционеры увидели, что в доме не светится ни одно окно.
– Так… – задумчиво произнес один из представителей органов и переглянулся с напарником.
– Как-то быстро тут все съехали… – также задумчиво произнес второй. – Еще совсем недавно народ жил.
– Часть граждан сейчас спит, – сказала Ольга. – Если не все. На часы посмотрите.
Раньше эта мысль почему-то никому не пришла в голову.
Но обе двери подъездов соседнего дома оказались не заперты, хотя совсем недавно тут работали домофоны. Приборы остались, но огоньки не горели.
– Вероятно, отключено электричество, – высказал свое мнение Игорь Петрович. – Не могли же они оба сразу сломаться.
– У нас в стране все могло, – авторитетно заявила Екатерина Афанасьевна и первой вошла в подъезд.
Остальные гурьбой потянулись за ней. Мужчины включили фонарики и стали осматривать пол в поисках люка, ведущего вниз. В первом подъезде ничего не оказалось, компания переместилась во второй и люк нашла.
– Что это тут? – удивленно спросил один из милиционеров, разглядывая открывшуюся в свете фонариков картину.
Люк, по виду очень похожий на тот, который жильцы обнаружили у себя под черной лестницей, был по периметру залит бетоном. Заливали неумело – или просто плеснули, если это слово можно применить по отношению к бетону. То есть кто-то полил им щель, идущую по периметру, а часть расплескалась и на крышку, и на пол вокруг. Люк тоже был спрятан под лестницей, и если бы жильцы не знали, где подобный ему находится в их собственном доме, этот бы так легко не нашли. Более того, почти напротив имелась дверь, висевшая на одной петле, которая закрывала (пусть теперь и частично) подход к коммуникациям.
– Может, они так с крысами боролись? – высказал версию Святослав, разглядывая люк.
– Ты что несешь? – повернулся к нему Игорь Петрович. – В любом случае в эти щели крысы пробраться не могли.
– А если вонь какая-то шла из подвала? – спросила Ольга.