В чаще смежного леса у Свядицы узкой,
И поныне стоит камень –глыба времен.
Крик истории кровной, души Белорусской.
Путь селений, где час чистоты заклеймен
Дух повстанчества бродит в массиве зеленом,
А вокруг кони, латы, щиты, тетива,
Окрапляя сердца разрывающим стоном,
Калиновский посад режет болью слова.
Лишь монах исповедный в деянии лённом,
Остается лежать у судьбы на кресте,
Долей праведной, таинством душ наделенной,
Средь рябиновой жизни, на сером листе.
Чуть поодаль мать плачет над болью дочерней,
Простирая до Бога сердечный посыл.
А молебной слезой зорька красит вечерей
Камень-жертву, чтоб тот от тепла не остыл.
Вот какая легенда в местах белорусских,
Вот о чем знать должны младые потомки.
И гордится поветом тропиночек узких,
Где дуб - дудар поет о князеТоронко!
07.12.2013 г.
Двор-Торонковичская заповедь.
(проза)
Рябиновый камень
В 17веке, в местечке Двор-Торонковичи, обосновался пришлый и очень богатый польский пан Ярислав.
Алчность и корысть прославило его «КАзненцем». Ему принадлежала северная (Лепельское направление) часть деревни. К этим владениям приставлялся лесной массив, в глубине которого поселились беглые белорусы-ляховцы. Звалось это поселение в народе туЯсным, так как по форме оно напоминала туЯс(пояс) вокруг большого камня в центре. Туясники были выходцами из простых, они приросшие к богу и природе, то есть жили её дорами. Среди них монах жил. И как только они ступили на землю с огромным камнем, монах сразу обосновался под выступом его. Когда селяне ходили в лес за грибами, ягодами, дровами, часто слышали старинные напевы и сказанья. Но этому спокойному течению жизни наступил конец. С приходом пана Ярислава, начались кардинальные перемены. Пан взялся тут же обходить свои выкупленные владения и, увидев поселение лесной братии, приказал изгнать их с его земли. Осадчие поскакали на лошадях в лес. В аккурат перед стычкой, монах, прислонившись к камню, увидел ведение, залитое алой кровью в рябиновых гроздьях. Так все и произошло. Люди-селенцы из-за отказа оставлять насиженное место, были порезаны стрелами и саблями, а монах, сидя под выступом каменном, на требования осадчих ответил: « Лишь через мою смерть вы заберете каменную жизнь!» и вот тогда, они его схватили, затянули на валун, да разрубили на части в устрашение остальным, оставив кровоточащую плоть на каменной ладони. В тот же час, кровь омыло великана горячим заревом чистого человека. Ночью, после совершенного набега и разгрома, звери растащили останки и съели их. А утром на камне лежал окровавленный православный крестик, да грозди рябины, упавшей от ночного ветра.
С той поры, селяне Двор-Торонкович старались обходить это место. А туЯс-камень для народа стал РЯБИНОВЫМ.
ЖЕРТВЕННЫЙ КАМЕНЬ
В правлении того же пана Ярислава, родилась ещё одна народная легенда о камне, забирающем и дающем жизнь. Дочь пана Збигнева ЯрИслава, Милена, в зрелой спелости не могла иметь детей, так как родилась с патологией. Велики муки её. А местные люди сказывали, что это в наказание пану, за скорбность и пролитую кровь невинных селян. Милену лечили все-знахари, повитухи края, даже доктора заграничные приезжали, но все без толку. И вот однажды, в ноябрьскую ночь, девушка сбежала из-под пригляда родителей и охраны. В ночовной армяжке и белесой сорочке, босая, она мчалась в лес, чтобы распростится с жизнью. Выбившись из сил, она легла на плоский камень с расщелиной в середине и, подняв глаза к небу, душой обратилась к Богу: «Ты возьми себе не приладное к жизни тело, коли не даешь мне родного поростка!» Скинув армяжку, девица осталась лежать на теле каменном до утра. А пан Ярислав, обнаружиы пустую постель, пустился на поиски дочери. Обойдя все владения, со свитой осадчих он прямиком отправился в лес, до ложбины края лесного, где и нашел дочь. Приобняв холодное тело Милены, его сердце сжалось в кулак, но под рукой всё же ещё билось горячее сердечко. Послушники принесли его домой, отец с матерью уложили дочь в пуховые перины, а сами молились за её жизнь, так как были готовы к потере. Но мало того что Милена жива, она ещё и в положении оказалась, да в полном здравии. Тогда мать, панна Станислава Кучинска-Ярислава понесла дары камню за родную дочь. Коснувшись его ладонью, тут же окаменела в смерти.
С того момента этот камень зовется ЖЕРТВЕННИКОМ, то есть «Дающим и забирающим жизнь!».
Князь Казимир Торонко
Дворовое селение, полное природными богатствами и теплом сердец местных, росло и процветало по староверским законам. Обрядные действия в наше время приводят скорее в замешательство или к неподдельному интересу. Староверы- люди старой веры, то есть не отданные реформам вероисповедания, жили скАтерной жизнью. Как говорится, земным дыханием. Много лет их обители никто не касался, но в 1650-1700 годах, приехал к ним Белорусский святезь – Казимир Торонко. Он родом из Могилевской Губернии, из семьи писарского ремесла. Знать был обучен грамоте и языковладением. Казимир имел широкую, цветастую душу, нрав его словно песня народная, лилась родниковой истиной. Люди по-началу не принимали его, так как ранее встречали по одежке. А одеяние молодого князя уж больно отличались от льняной полотины староверов. Но умение говорить, сеять добро, по-маленьку наладило расположение к себе закрепощенных обрядцев. Пройдя долгий путь дворовой жизни, Казимир Торонко внес свои перемены в бытие мирское Двора, которое принялось сельчанами. Он облегчил дыхание времени, для того чтобы люди смогли стоять на одной ступени с Белорусью. Конечно же не все принимали его учения.