Симакадзе, к слову, тоже быстро просекла обстановку. Вместо того, чтобы по обыкновению лихо подлететь на полном ходу, вспенивая воду форштевнем, неугомонная эсминка подошла к флагману по всем правилам швартовки и, чётко отработав подруливающими, замерла строго напротив полубака. После чего, быстро переправив меня с вещами на борт, отбежала парой кабельтовых мористее, занимая своё место в ордере. В общем, старательно демонстрировала — какая она тихая и послушная девочка.
Печально проводив её взглядом, я покосился на сумки, прикинул расстояние до надстройки, тяжело вздохнул. Блин, Конго, какая же ты большая.
Поскрёб в затылке, уныло попинал один из баулов, вспомнил, как пёр всё это дело до самолёта (плечи сразу нехорошо так заныли) и всё же решился. В конце-то концов, не для себя одного стараюсь.
— Конго, не поможешь? А то сумки тяжелые.
Ответа не последовало, но через пару секунд из технического люка вынырнула здоровенная сороконожка тяжёлого ремонтного бота. Стремительно прошелестев по палубному настилу, механическое насекомое вздыбилось на хвосте, словно королевская кобра, и нависло надо мной, шевеля похожими на жвала антеннами сенсорного комплекса.
Машинально задрав голову на заслонившее солнце сегментное тело, снабжённое сверкающими воронённым металлом захватами, я невольно поёжился от пробежавших по позвоночнику мурашек.
Жуть. Вот сервисные паучки — они маленькие, симпатичные, уютные даже. А это… монстр натуральный. В тёмном переулке встретишь — заикой на всю жизнь останешься.
— Экхм, сумки. Тяжёлые.
Сороконожка чуть изогнулась, повела сенсорами в сторону крохотных, по сравнению с ней, сумок… и я торопливо уточнил:
— Для человека тяжёлые.
А то убежит сейчас — самому тащить придётся.
Видимо, Конго решила-таки снизойти к просьбе (а может бот просто «учуял» шоколад внутри), потому как сороконожка текучим движением опустилась на палубу и, подхватив сумки, стремительно ушуршала в сторону надстройки.
— Спасибо! — только и успел крикнуть я вслед.
Ответа, разумеется, снова не получил.
Блондинка, блин. Она, значит, злится непонятно на что, а я — крайний.
***
Так вот ты какой — уют семейный. Я готовлю завтрак, а Конго сидит на стуле и с каким-то подозрением наблюдает за моими действиями. Что само по себе несколько странно — раньше она интереса к кулинарии не проявляла.
— Как ты вычисляешь необходимое количество? — голос туманницы, прозвучавший над ухом, был настолько неожиданным, что я, вздрогнув, едва не рассыпал заварку.
Обернувшись, обнаружил, что Конго стоит у меня за плечом и, сузив глаза, сверлит взглядом ложку с чайным листом.
— Что, прости?
— Чай, — поджав губы, туманница ткнула пальчиком в ложку, — как ты вычисляешь необходимое количество?
— По вкусу, — недоуменно пожал я плечами.
— По вку-усу… — зашипевшая не хуже змеи Конго сверкнула глазами.
В следующие пять минут я узнал много нового. О людях вообще, о себе в частности… Разъярённая туманница прошлась по человечеству, как асфальтовый каток по пластиковым игрушкам — с хрустом давя все претензии глупых, бестолковых, ничтожных человеков на разум.
После чего крутнулась на каблучках и пулей вылетела из кают-компании, оставив меня обалдело хлопать глазами.
Вообще-то, я и так знал, что люди — приматы. Совсем не обязательно было сообщать об этом столь… эмоционально.
***
Влетев в рубку, Конго зло заходила по помещению. Этот… этот… человек! Яркий представитель вида!
Поняв, что уже в третий раз обходит рубку по периметру, она остановилась, глубоко вдохнула, одновременно запуская программу управления волновым полем во время огневого контакта… Пусть в данный момент в этом не было никакого смысла, так как никто в неё не стрелял, но обработка многомерных матриц требовала огромного количества вычислительных ресурсов, резко снижая приоритет эмоциональных кластеров.
Помогло. Не полностью, но даже проскочившая на краю сознания мысль, что эту методику — ведение ресурсоёмких вычислений для подавления эмоций — она позаимствовала у людей, заставила лишь слегка поморщиться. В конце концов, то, что она смогла извлечь полезную информацию даже из изучения столь «разумного» вида, как человечество… скорее повод для гордости.