Подавив приступ обиды, Такао с нарочитой небрежностью отсигналила подлодке, что акватория чиста, и словно бы в качестве подтверждения сбросила короткий ролик с разбегающимися противниками (ведь видеоканал транслируется прямо на главный экран в командном посту 401-й, а значит, Гонзо обязательно увидит, как легко она выполнила боевую задачу).
Впрочем, окончательно убегать корабли Второго флота не собирались. Вместо этого они разделились на пары, что поначалу Такао сочла полной глупостью. Если до этого у них ещё был шанс, действуя единой эскадрой, прорваться на рубеж торпедной атаки, то теперь… Но очень скоро оказалось, что их новая тактика не так опасна, зато куда более надоедлива. И вместо того, чтобы спокойно идти на соединение с 401-й, ей приходилось буквально крутиться на месте, отгоняя назойливых противников. Потому что стоило сосредоточить внимание на какой-нибудь одной паре эсминцев, как вторая тут же пыталась подойти на расстояние пуска торпед, а едва она отгоняла и этих, как с другого угла в атаку заходила «Касима».
Окончательно разозлившись, Такао попыталась было достать эту наглую малявку на форсаже и едва не поплатилась. Воспользовавшиеся тем, что она увлеклась погоней, зашедшие с кормовых углов эсминцы устроили ей настоящий «торпедный суп». Так что пришлось оставить уже потрепанную «Касиму», бросив все ресурсы ядра на маневрирование и отстрел имитаторов.
И, разумеется, именно в этот момент с ней связалась 401-я.
— Такао, Гонзо передает, чтобы ты немедленно уходила.
— Это ещё почему?! — прошипела она сквозь зубы, поскольку дурная подлодка при всем желании не могла бы найти «лучшего» времени, чтобы лезть под руку.
— Здесь Ударная эскадра в полном составе.
— Что?!
Вместо ответа 401-я скинула ей данные со своих сенсоров.
«Ну, совсем вовремя», саркастически отметила Такао, невольно морщась — одна из торпед с корродирующей боеголовкой сработала так близко, что перемолола бы ей десяток метров левого борта, если бы не волновой щит.
Отбившись, наконец, от торпед и в который раз отогнав эсминцы, она проанализировала полученную от 401-й информацию, почувствовав какую-то сосущую пустоту во внутреннем объеме. Ну точно, Хиэй со своими чокнутыми «ударницами». Плохо, очень плохо. А вдобавок, со стороны Иводзимы появилась ещё одна отметка. Цель, быстроидущая, групповая.
Лихорадочно проведя опознание, Такао едва не застонала. «Конго», «Симакадзе» и ещё один эсминец класса «Фубуки». Проклятье. Выходит, малявки просто удерживали её, дожидаясь подхода флагмана!
— 401-я, Конго тоже идет к вам, — вызвала она подлодку.
— Гонзо говорит, что мы справимся. Уходи сама.
«Справятся они…» — скривилась Такао, быстро оценивая обстановку и злорадно отмечая, что наглую «Касиму» она всё же хорошо потрепала, раз та поспешила отойти и заняться саморемонтом. Значит, самое разумное — прямо сейчас идти на прорыв, разметать ту пару эсминцев, что кружит на юго-востоке, а дальше — открытое море. Пусть даже её зацепят, две-три торпеды она выдержит. Тогда Конго её уже не догонит, а от остальных эсминцев, если те кинутся преследовать, она отобьётся легко. Хотя, вряд ли вообще за ней погонятся. Вот только Гонзо… от Ударной эскадры 401-я может и уйдет, там крейсера, а не охотники за подлодками, но если к ним присоединится Конго со своей свитой…
До боли закусив губу, Такао попыталась связаться с базой на Иводзиме:
— Хьюга. Хьюга…
Но рыжая почему-то не отвечала.
— Хьюга!
Молчит. Заснула она там что ли?!
— Хьюга, да ответь же ты!
— Отстань, дура!!! — прохрипела внезапно прорезавшаяся на канале линкор.
— Чего?! — опешила от подобного Такао.
— Отстань, говорю! Конго притащила корабль РТР, если я его отпущу, вы все тут по куцым мозгам своим получите!
Хьюга оборвала связь, а Такао растерянно завиляла на курсе, не зная, что предпринять.
Конго, Конго… кругом эта Конго! Стоп, хватит рыскать, нужно собраться и выработать тактику. Необходимо как-то вывести Конго из боя. Без флагмана корабли Второго флота не смогут координировать действия и тогда Гонзо с 401-й точно уйдут. Иначе… Некстати проснувшееся воображение немедленно нарисовало картину вероятного будущего: лежащий на дне исковерканный корпус 401-й, мертвый командный пост с разбитыми панелями операторских постов, сорванное с креплений кресло Гонзо, и…
Такао зло тряхнула головой, отгоняя эту картину. Не будет никаких «иначе»! Она справится. Любой ценой.