— И вы успели получить эти образцы, — улыбнулся доктор.
— Да. Концентрацию проверить будет несложно, но для подтверждения идентичности потребуется много времени. Я введу оба восстановленных образца в свой собственный прибор, определяющий плотность льда по проходимости звука. Узнаю, справится ли он с ликрой, насыщенной таким образом…
— Госпожа Лейнаарр, но зачем?..
Вопрос доктора выбил меня из колеи своей прямотой, и я уставилась на него, только сейчас осознав в полной мере, как выгляжу — не спавшая ночь, промерзшая до дрожи в кернохранилище и мортуарии молодая женщина, с горящим взглядом рассуждающая о вероятном убийстве коллеги, который, очевидно, сошел с ума. Просто сошел с ума. Ужасно, трагично — но очень понимаемо в этом климате, вдали от обжитого мира. Не признак ли это начала моего собственного безумия?
— Я не считаю вас сумасшедшей. Официально, насколько это в границах моей власти… — отдал он мне знак, одинаково походящий и на знак принятия, и на знак беспомощности, и на извинение, — если вам понадобится медицинская лаборатория для ваших исследований, я буду рад вас принять. Но… есть ли у вас какой-то свой интерес?
— Его дневники наблюдений. Некоторые даты остались без записей. Мне показалось, что он вообще в эти дни не работал.
— Согласно медицинским записям, уважаемый мастер Трайтлок часто обращался к моему коллеге, дежурившему здесь до меня, с жалобами на головную боль. Он страдал от мигреней. Если вам посчастливилось не столкнуться…
«Головная боль»; «Черный зверь шел мимо точки забура»…
— У меня была однажды. Перед экзаменом. Я думала, я умираю.
— Тогда мне не нужно вам ничего пояснять. Он приходил ко мне и утром в день смерти, я дал ему лекарство. Итого у нас две гипотезы. Первая: господин Трайтлок нашел идеальный квадрат для поиска Хрустального Ока, и его убили за это, но мы не знаем кто — ни одной из корпораций, спонсирующих здешний лагерь, это не нужно. Если бы они знали, где искать город, то давно бы нашли. Или — он стал жертвой синдрома края мира.
— А что, если он решил обнародовать открытие? Если он решил сделать его нашим общим достоянием? Не корпораций, а научного… объединенного мира в целом?
— То есть вы думаете, что вся эта экспедиция с двумя дирижаблями, големами, группой господина Тройвина пришла сюда исключительно ради инсценировки самоубийства гляциолога и поиска результата его работы, а он сквозь смерть тайно передал его вам?
Я ответила дрогнувшим от холода и нервной дрожи голосом:
— Всё на это указывает.
— Это потому, что вы не выспались. Мне кажется, мастер Трайтлок нашел квадрат, где находится Хрустальное Око, но ему не хватило сил проанализировать и сопоставить факты из-за изматывающей головной боли, высасывающей из него силы.
— Но он остался. Остался еще на полтора года в этих условиях!
— Да, чувствовал цель, насколько она близка. Она жгла его. Корила одновременной недосягаемостью и близостью. Он ждал вас, желая поделиться мыслями, и не зря. Закончив его работу, вы, моя дорогая, нашли или… Я не знаю, как построена ваша работа, в любом случае скоро найдете то самое место, способное окупить наши труды. Но вам нужно поспать, а исследование идентичности и концентрации ликры оставить криминалистам с большой земли. В холоде она не изменится.
Почувствовав, как с облегчением опустились мои плечи, он отдал мне знак приглашения к выходу:
— Напомню, вас ищет действующая хозяйка базового лагеря. Идемте. И не забудьте ваши анализы, любая теория должна быть точной, а не правдоподобной.
Я сделала, как он сказал, вместе мы закрыли крышку гроба и вышли. Глаза мне резанул яркий дневной свет, ставший острее из-за моей усталости и почти эйфорического возбуждения, от чувства близости прорыва. Нашего общего прорыва с господином Трайтлоком, несмотря на несметное множество обстоятельств, игравших против нас. Я свободно вдохнула кристально чистый холодный воздух.
— Как ваши больные?
— Продолжаем работать с последствиями заражения. Я… Те трое, кто испытал на себе припадок, пришли в себя и отдыхают в своих комнатах. Завтра они вернутся к работе штатно. Двое других, кто повел себя агрессивно, находятся под наблюдением, но они в полном сознании и ведут себя без особенностей. Кажется, нам в основном повезло.