Буря прошла, но не оставила нас насовсем. Ветер утих, но его последствия еще оставались с Сестрой Заката, и хозяйка Нейнарр, куда более сухая и решительная, чем ее слабый руководитель и мастер, куда яснее видящая цель, нашу настоящую цель. Она ему поможет. Расставить приоритеты. Правильно.
Я оглянулся на Рейхара, помрачневшего, очевидно просчитывающего варианты, с новой надеждой, и он действительно меня подозвал:
— Господин Тройвин, обрисуйте мне порядок вашего возвращения в базовый лагерь, пожалуйста. — Он посмотрел на меня тяжелым взглядом, думая, что принимает сложное решение, что предает нас в руки опасности. — Скажите, что вы будете делать, если мы попросим вас высадиться на поверхность Белой Тишины немедленно? Вероятно, это потребуется для того, чтобы помочь Сестре Заката набрать высоту и добраться до базового лагеря, избегая промежуточной посадки.
Я осторожно выдохнул, заставляя себя успокоиться. Говорить надо точно и быстро. Говорить то, что он хочет слышать. Как в «Бурых Ключах». Как тогда. Говорить, как и со всеми ними, чужими. Как один они остались далеко, очень далеко, и Рейхар тоже очень скоро исчезнет, а у меня будет все, что мне надо. Вернусь к снегам. Вернусь домой. Один.
— Я готов спуститься со своей командой вниз немедленно, если это обеспечит безопасность остальных. Оказавшись на поверхности, мы заложим склад, как это и планировалось, и исследуем территорию вокруг нас. Сможем безопасно вернуться в базовый лагерь пешком — вернемся.
— А если нет? Если вы окажетесь отрезаны от остальных?
Я улыбнулся, постаравшись ему польстить. Пусть думает, что в мире есть дорога, которую мне не осилить, дорога не по мне. Не по зубам. Сильнее меня. Сильнее.
— Дождемся спасения от Сестер Заката и Восхода.
— Хорошо, — согласился наконец Рейхар, и я взглянул на хозяйку Нейнарр, будучи уверенным в том, что это она помогла мне. — Пожалуйста, подготовьтесь к спуску. Выбрать место высадки, к сожалению, у вас не получится.
— Понял вас, опускайте как можно скорее.
Я быстро направился к люку, ведущему к моей группе, но не прошел и пары шагов, как понял, что эта ученая, Кайра, увязалась за мной. Развернувшись, я осадил ее:
— Вас эта высадка не касается.
— Я иду с вами!
— Вас, — повторил я со сталью в голосе, — эта высадка не касается.
Она еще сильнее сократила между нами дистанцию. Приблизилась почти вплотную и жарко прошептала мне на ухо:
— Я историчка железных дорог, и я знаю Отцов Черных Локомотивов по именам. Я разберусь в его происхождении, я расскажу вам все о нем! Вам нужно именно это!
— Госпожа Кайра, пожалуйста, останьтесь на месте, — окликнул ее Рейхар, но эта женщина не собиралась слушаться. Не теперь, когда она почувствовала добычу.
Ее рука вцепилась в мое предплечье с какой-то ненормальной для нетренированной женщины силой. Клянусь, я ударил бы ее, не окажись рядом Рейхар и одна из механичек, решившаяся вмешаться в конфликт. К счастью, оба они находились на моей стороне. Я освободил руку. Спустился вниз. Приготовился.
Господин Вейрре и госпожа Карьямм встретили меня с немым вниманием, стоя каждый у своего голема. Я ответил им на незаданный вопрос сухо:
— Грузовой отсек спускается на поверхность Белой Тишины. Мы не знаем точно, где мы, маршрут до базового лагеря не проложен. Я — точно спускаюсь с грузом. У вас есть право остаться на Сестре Заката. Я не в праве просить вас идти со мной.
В ответ они оба молча заняли места в големах, чем нисколько меня не удивили. Прежде чем занять собственное место в Пугале, я немного задержал взгляд на госпоже Карьямм. Еще раз спросил себя, что меня заставляло с настойчивым, зудящим подозрением относиться к ней. Но ответа ни внутри собственных мыслей, ни в ее сосредоточенном лице я не нашел. Возможно, потому что и не требовалось никакого ответа.
Все наконец становилось просто. Приобретало иную, новую, жестокую, но понятную мне сложность — сражение тела из железа, органики, крови и ликры с окружающим миром, готовым его убить. Сражение с холодом. С дорогой. Смертью.
Оказавшись внутри голема, я надел шапку и дал ему команду соединиться ликровой сетью с Сестрой Заката, и я впервые почувствовал ее. Ее размах, ее размеры, ее спокойное величие и необыкновенную сосредоточенную тишину, царившую в каждой капле ликровой сети. Механоиды внутри нее были такими незначительно маленькими, такими защищаемыми и такими любимыми.
Я коротко передал информацию о нашей готовности к спуску. Мне вернулось подтверждение о получении данных с обратным отсчетом. Сестра Заката снижалась ради нас. Когда счет дошел до нуля, соединения между грузовым отсеком и дирижаблем разомкнулись, а мы пошли вниз на быстро стравливаемых тросах.