Облачно, снег
Я пристегнула страховочный трос к поручню. Тот шел вдоль узкой лестницы, по нему как раз легко добраться до крыши гондолы. Все вокруг — и обшивка, и перекладины лестницы — за ночь обледенели. Ну, да оно да. Я схватилась за лестницу обеими руками, прыгнула, оскользнувшись одной ногой, но успев подтянуть тело на руках и закрепиться. Нормально. Дотянулась до двери, прикрывая ее. Пока Сестра Заката не придет в норму, нам там греться не от чего.
Я осмотрелась. Вот оно, место пробития обшивки, вот она, пакость. Изнутри толчками сочилась бежевая струйка ликры. Прямо на обшивке она распадалась от мороза на войровую взвесь и мутноватую воду. Обе части расслоившейся ликры замерзали. Схватывайся они льдом выше, сами бы образовали ледяную пробку и закрыли течь.
Ремонт тут очень простой и расходных материалов не требует. Прекрасно. Нужно изолировать участок железных вен, подождать, пока работа «Пути в холод» прекратится и ликра затвердеет. Вена и без того порвана, поэтому хуже ей не станет, наоборот, выйдет аналог кровяного тромба при порезе, вот и красота. Дальше я подсоединю вену к остальной сети, и мы поднимем давление за счет внешних насосов, собрать бы их, ну… придумаем что-нибудь.
Сделать такое быстро, руки у меня как начали работать, сразу и сердце успокоилось. Выполнить и вернуться в гондолу. Разберемся со всем. Справимся, видит Сотворитель.
Я рванулась к месту пробития, и тут сбоку ударил порыв ветра. Чуть не сорвалась, но справилась. Удержалась. Вот только ветер открыл дверь в гондолу. Там, внутри, выхолодится все, и госпожа Кайра помрет раньше меня, она же не двигается, у нее тело не производит столько тепла, сколько мое!.. Мне надо бы вернуться, но, может… положиться на удачу? Может, и не умрет, может, продержится?..
На это есть правила производства работ. «Сначала обеспечь безопасность, потом делай дело». Я прыгнула назад. Порыв ветра, какой меня чуть не сорвал, ударил в спину и помог бы легче приземлиться, да только сильным он вышел слишком. Я промахнулась мимо двери, ударилась головой о порог и сорвалась.
Схватилась за страховочную веревку, оборвавшую мое падение, и застыла. Та обледенела. Как?! Покрылась тонкой корочкой льда и скользит. Да как это? Не мгновенно же это случилось. Я моргнула несколько раз. С ресниц посыпался налипший снег. И не только с ресниц, он всю меня покрыл, вся я в нем! Нет, прошло не одно мгновение. Далеко не одно: ударившись, я отключилась.
Ну, теперь помещение, где госпожа Кайра, точно простыло. Я посмотрела на распахнутую дверь и… Носа гондолы Сестры Заката со стороны рулевого просто не существовало. Не было его больше. Совсем. Его оторвало при столкновении с таким же перпендикулярным выступом из скалы, что пронзил гондолу посередине. Как же?..
Я посмотрела вниз. Свежий снег запорашивал внушительное ликровое пятно, растянувшееся на метры. Сколько здесь пролилось? Три сотни тонн ликры? Четыре? В гондоле хоть что-то осталось, Сотворитель?!
Она умерла.
Умерла, и никакого, даже самого крошечного, призрачного шанса на то, что Сестра Заката жива, не существовало. Никакого не существовало, совсем. Слушая Сестру Заката, я чувствовала не боль, а отзвук погибшей, уходящей жизни. Вот только… Во имя Сотворителя, как же госпожа Нейнарр не сказала мне об этом? Что за глупости, что за мороки духов ликры? Она буквально физически находилась с той стороны гондолы, на открытом пространстве, она все видела! Каждую секунду этой трагедии.
— Во имя Сотворителя! — прошептала я, отказываясь в это поверить. — Во имя Сотворителя!..
Я закричала. Закричала изо всех сил, вот только ничем это не помогло. И никого не вернуло из мертвых.
Собрав остатки сил в тиски воли и преодолев приступ крупной дрожи, я крепко взялась за страховочный трос и принялась подтягивать себя вверх на руках, потом остановилась. А зачем? Вот зачем я лезу и куда? Нет же смысла, мы умерли. Умерли вместе, мне нужно не ползти. Мне нужно перерезать веревку и кончить на этом. Не хочу, не хочу я жизнь на земле, я подписалась на смерть потому, что больше ничего не хочу другого, ничего, кроме моего дирижабля, моей Сестры Заката, девочки моей.
Вот только там, внутри у нее, лежит женщина, не дававшая на это согласия. И если она внутри, значит, она пока еще часть. Часть… Часть Сестры Заката. Пусть я уже не в моих силах, пусть совсем не в моих силах сделать хоть что-то для себя, но у меня еще есть долг. Если нет у меня его, то ты забери меня, Сотворитель! Я лезу. Ты видишь, я лезу вверх, как из жестяного ящика, вкопанного в землю. Я лезу ради того, что осталось, а если нет ничего, если нет уже ничего, то и меня тоже нет, ты смотри за мной, ты меня забери. Я лезу!