Пока подыскивала себе наряд, надевала бельё, выбирала аксессуары к образу, постоянно крутила в голове одну и ту же мысль. Сколько ни пыталась отмахнуться от неё, как от назойливой мухи, она не давала мне покоя и непрерывно жужжала, заставляя вновь испытывать беспокойство.
Мы вышли в сад, направились по тропинке до стоянки элетрокаров. Гостиничный комплекс был настолько огромен, что пройти его от начала до конца пешком не у всех хватало сил. Я шла под руку с Хозяином. Меня окутало облаком его дорого парфюма. Незримая сила исходила от тела Оскара — его осанка, широкие плечи, мускулистые руки были мне словно щитом, за которым я могла спрятаться ото всего мира, ото всех.
Кроме одного человека…
— Надеюсь, ты не против, что сегодня я заказал нам рыбный ресторан? — прервал Золотницкий мои треволнения.
— Значит, у нас на ужин устрицы? — я сделал голос игривым, хотя до приподнятого настроения мне было далеко.
— Говорят, у них прекрасные морские гребешки.
— Ух, ты. Класс.
Оскар внимательно заглянул мне в глаза. Мы уже сидели в открытой кабине электрокара, который неспешно вёз нас сквозь тропическую зелень к ресторану.
— Куколка, ты чем-то расстроена?
Да, Золотницкий почти безошибочно считывал мои эмоции. Скрыть от него что-то мне становилось всё труднее и труднее. С каждым днём Хозяин узнавал меня глубже, да и я научилась многое замечать в нём, чего не замечала и не понимала раньше. Однако я не всегда могла с точностью определить, в какой момент и какие вопросы уместно задать.
— Это просто лёгкая посткоитальная меланхолия, — улыбнулась небрежно.
— Правда? А мне всегда казалось, что у женщин после оргазма наступает душевный подъём.
Я засмеялась, надеясь, что на этом любопытство Оскара будет исчерпано. Но не тут-то было.
— А если серьёзно? — снова поинтересовался он, когда мы уже шли к дверям шикарного ресторана. — Почему ты помрачнела?
— Наверное, просто не хочу, чтобы этот отпуск заканчивался, — сделала ещё одну попытку увести диалог от щекотливой темы.
— У нас ещё целых пять дней в запасе.
— И столько же уже прошло. А они пролетели быстрее, чем за минуту.
— Значит, постараемся оставшееся время максимально заполнить впечатлениями, — Оскар подмигнул.
Мы очутились у входа в ресторанный зал. Хостес сверила нашу запись и широко улыбнулась:
— Господин и госпожа Золотницкие, прошу к вашему столику.
Уже не впервые меня называли «госпожой Золотницкой». Но всякий раз я невольно вздрагивала при этом обращении. А сейчас, наверное, нервы слишком расшалились, что я даже слегка поморщилась, будто кто-то поскрёб вилкой по сковороде.
Нас усадили за столик, подали меню. Как только официант принял заказ и удалился, Оскар пронзительно заглянул мне в глаза и спросил вкрадчиво:
— Куколка, ты точно ничего не хочешь мне сказать?
Глава 5.
Бесполезно было отпираться дальше. Я сочла вполне допустимым поинтересоваться у Хозяина о том, что меня беспокоит.
— Что ж… Раз уж ты спрашиваешь… — осторожно начала говорить. — Дело в том, что я случайно увидела в твоём телефоне одно фото…
— Случайно? — перебил Золотницкий.
— Ну… Я… Просматривала наши снимки с пляжа… Это ведь не запрещено? — я вся внутренне напряглась в ожидании ответа.
— Разумеется, не запрещено, — хмыкнул Оскар. — И что тебя в них смутило?
— Не в них… — призналась сдавленно. Наконец, решительно посмотрела на него и сказала: — Ты хранишь фото Виктории.
— Виктории?.. — Хозяин словно бы не понял, о ком речь.
— Жена Станислава Адлера, которая пропала…
— Ах, да, — отмахнулся Оскар и нахмурился. — И тебя это смутило?
— Да, — не стала скрывать. — Зачем тебе её фотография?
Вопрос прозвучал слишком напряжённо. Мне не удалось утаить тревогу. А Золотницкий, как назло, не торопился отвечать.
И вдруг он улыбнулся совершенно беззаботно.
— Знаешь, мне даже нравится, что ты ревнуешь, — бросил он шутливо.
— Дело не в ревности…
— Куколка, — снова перебил он, — не знаю, что ты успела себе нафантазировать, но это старое фото…
— Я догадалась, — мои пальцы неосознанно схватились за ближайший предмет на столе — нож для рыбы.
— Аника, — сказал Золотницкий, не отрываясь от моих глаз, — я помогал Стасу в поисках жены и дочери. Эту фотографию я отсылал своему знакомому, который мог помочь. К сожалению, не помог. А снимок остался. Если хочешь, удалю прямо сейчас при тебе.