Она вернулась в четыре утра. И не извинилась за то, что не встретила меня. Ком сдавил горло.
— Эй, а чего ты такая молчаливая-то? — поинтересовалась Леся, надрывая упаковку с фруктами и доставая зеленое яблоко.
Мои губы изогнулись в уродливой улыбке, но Леся, конечно же, и этого не заметила. Она ничего дальше своего носа не видит — так мама частенько говорила. Раньше я этого не понимала, но сейчас всё встало на свои места. Выдохнув, проглотила жгучий комок, давящий на горло, схватила покупки и стала заталкивать их в холодильник. Леся же отправилась мыть яблоко, и уже через полминуты с хрустом вгрызлась в зеленую кожицу.
— Мама тебе звонила?
— Да, — ответила я, стараясь не оборачиваться. От усталости и лишних нервов у меня разболелась голова, а когда болела голова, то я легко могла расплакаться. И от обиды тоже.
— Надо бы ей тоже звякнуть попозже, — задумчиво протянула сестра. — Как там отец?
— Нормально.
— Ему еще не сняли гипс?
— Завтра снимают.
— Ааа, — и вновь ее скрипучий голос резал мои нервы, но я продолжала улыбаться, поражаясь тому, что не сорвалась. Наверное, мама права, и мне нужно просто потерпеть. Мы не жили под одной крышей четыре года. Леся если и изменилась, то только внешне, зато я успела отвыкнуть от ее холодности по отношению ко мне. — Ну ладно, пойду позвоню маме.
И она, покрутив надгрызенное яблоко, задумчиво посмотрела на него и произнесла, отправляя почти целый фрукт в мусорную корзину.
— Жёсткие какие-то.
Я в немом возмущении смотрела, как сестра удалялась прочь из комнаты, глотая слова, потому что ругаться в первый же день не стоит никаких свеч. Нам еще жить да жить под одной крышей, хотя я уже предчувствовала, как мы поссоримся из-за какой-нибудь ерунды, и в итоге мне придется съехать. Ведь Леся ни за что на свете не уступит мне общую площадь, считая, что эту квартиру родители купили исключительно для нее, а мне позволили лишь пожить на время учебы.
Вот такая у меня странная семейка.
— И еще, — притормозив в дверях, сестра обернулась и бросила напоследок, прежде чем уйти: — Могла бы извиниться перед Вадимом. Налетела на него и ботинки оттоптала. И ни привет, ни пока.
Если бы в этот момент в моей руке было яблоко, которое Леся отправила только что в мусорное ведро, я б запустила им в сестру. Но всё, что в итоге сделала, так просто кивнула, молча соглашаясь со словами сестры. Не стоит ругаться в первый же день. Потреплю-ка я до первой сессии, а там посмотрим...
Глава 3
— Вот же задница! — фыркнула Ната, подпиливая сломанный часом ранее ноготок.
Наталья Володина — моя лучшая подруга и, пожалуй, единственная, с кем я поддерживаю крепкие дружеские отношения на протяжении двенадцати лет. Мы не просто соседки, а еще и одноклассницы. Вот только судьба раскидала нас по разным городам, когда наступило время продолжить учебу и оставить родной небольшой городок. Ната выбрала специальность переводчика, у нее всегда ладилось с иностранными языками, но институт, в который Ната подала документы, был едва ли не в пятистах километрах от моего нынешнего расположения.
Расстояние, как сказала подружка, для нас не проблема, и мы договорились ежедневно списываться и созваниваться, чтобы всегда быть на связи. Поэтому наконец-то увидев подругу по видеозвонку и услышав ее звонкий голосок, я чуточку почувствовала себя в безопасности. Зная Нату, я всегда могла получить от нее поддержку и крепкое дружеское плечо. То самое, в которое я сейчас виртуально ныла, рассказывая, как меня встретила сестра. То есть совсем не встретила.
— И что она на это сказала? — продолжила интересоваться Ната, откладывая пилочку.
— Ничего, — пожала в ответ плечами и потянулась за подушкой, которую положила на колени. Я сидела на кровати, сложив ноги по-турецки.
Ната глянула на меня и поморщилась.
— Слушай, Леська всегда была у себя на уме, но не мешало бы ее хорошенько встряхнуть. Ты мамке рассказала?
— Мама сказала, чтобы я ее поняла и простила. Мол, ничего плохого не случилось.
Подружка покачала головой, явно недовольная тем, как обострялась ситуация в моей семье.