— Однако при чем здесь следователь N?
— Она оказалась случайной жертвой наших профилактических мероприятий.
— Но как быть с тем, что проникновение в чужую квартиру не входит в список оперативно-розыскных мероприятий и, следовательно, является незаконным?
И тогда Сергей Николаевич Соловых раскрыл один из профессиональных секретов. С его точки зрения, нарушения закона оперативниками допущено не было, поскольку они пришли в квартиру по приглашению одного из жильцов. Им оказался вовсе не бизнесмен Афанасьев, а другой, вечно отсутствующий жилец, который занимает одну из комнат в той же половине бывшей коммуналки. По словам Соловых, «жилец» в момент операции был рядом с опергруппой, но в квартиру не входил, а оставался за дверью.
Корреспондент «Города» встретился с Евгением и выяснил, что тот действительно был недоволен шумными соседями-кавказцами, потому и не мог пользоваться своей комнатой. Он действительно обратился в Центральное РУВД с просьбой навести порядок в квартире и случилось так, что по времени это совпало с масштабной операцией ГУВД по пресечению терактов. Почему оперативники не поставили в известность о своем визите следователя N и зачем вломились в ее помещение — он не знает, но эта история вызывает у него недоумение. В одном Евгений уверен твердо: в момент визита опергруппы в злополучную квартиру он там даже близко не присутствовал.
Участковый Александр Шаповалов оказался не столь словоохотлив. Когда корреспондент «Города» зашел в его кабинет и объяснил, что хочет поговорить об истории с его проникновением в квартиру следователя, участковый тут же заявил:
— А меня вообще там не было. Это был не я!
— А кто же?
Чуть подумав, Александр Леонидович сообщил: «Сейчас с вами будут говорить из прокуратуры!» — и набрал номер. Посоветовавшись со своим телефонным собеседником о том, стоит ли давать комментарии, участковый повесил трубку и резюмировал: «На все ваши вопросы я буду отвечать только в присутствии адвоката».
Впрочем, «Городу» удалось узнать, какие объяснения дал участковый Шаповалов по данному поводу в прокуратуре. Оказывается, участковый всего лишь перепутал квартиру: шел в 39-ю, чтобы по заявлению некой старушки разобраться с ее соседями, а случайно попал в 37-ю. Услышал, что две женщины говорят с кавказским акцентом, попросил предъявить документы. Когда увидел штампы о регистрации в Чеченской Республике — проявил бдительность (очевидно, помня о недавних взрывах в московском метро). И решил забрать чеченок с собой в опорный пункт милиции. Ну а зачем потребовалось ломать дверь в помещение следователя, рыться в ее вещах и похищать папку? Оказывается — утверждает Шаповалов — дверь уже была взломана, а папка якобы лежала на полу в коридоре. Участковый решил забрать ее с собой, чтобы по этим документам установить личность хозяйки.
С бизнесменом Афанасьевым поговорить не удалось, он находился в дальней командировке. Но одна из его подчиненных сообщила корреспонденту «Города», что никакого отношения к милицейским визитам в квартиру следователя Афанасьев, разумеется, не имеет.
Почему все-таки дважды в течение недели жертвой кампании по выявлению террористов стала следователь Главного следственного управления, которая если и связана с выходцами с Северного Кавказа, то исключительно по воле своего соседа? Сперва оперативники случайно вышибли дверь не в ту квартиру, затем участковый случайно перепутал адрес… Объяснить эти случайности не может пока никто. Пострадавшая следователь N на это и не рассчитывала, но надеялась хотя бы на то, что действиям сотрудников Центрального РУВД будет дана должная оценка.
Вот какое постановление вынес заместитель прокурора Центрального района Сергей Клишин. У Сергея Соловых и других оперативников, по мнению зампрокурора, не было прямого умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 139 УК РФ (нарушение неприкосновенности жилища), поскольку их действия были направлены на предотвращение прецедентов, аналогичных случившимся в Москве. Тем более что один из подозреваемых, проживавших в 37-й квартире, имел, оказывается сходство с фотороботом террориста, взорвавшего московское метро (!). А что касается участкового Шаповалова — да, он превысил свои полномочия, но поскольку тоже прямого умысла на нарушение прав и интересов гражданки N не имел, то, значит, и преступления не совершал.