А недавно был случай в магазине. Мы со знакомыми взяли «маленькую», прямо там распили. И снова пьяный, ухажер продавщицы, набросился на меня — тоже к Кузьмичу обращался, с матом и с какой-то злобой. А потом я подумал, что недалекие это люди. С геростратовым комплексом. Сам ничего в жизни не сделал — и стремится растоптать, уничтожить того, кто известен.
— Я смотрю, много беспокойства доставляет тебе твой Кузьмич…
— Сейчас меньше. Потому что не всегда узнают. Из-за того, что я уже год не курю, а пива много пил, я поправился. Заматерел, живот появился. А еще и бороду сбрил. Нет, конечно, когда узнают — плюсы есть. Вот, например, «гаишник» стоит с ощущением: явно мои 40 рублей приехали! А тут я выхожу — и вроде бы стыдно брать. Хотя «гаишники» тоже разные бывают.
Помню, как-то года два назад, в первомайские праздники, я с кладбища вернулся — родственника туда отвозил. У него гангрена, он поплакал на могиле, у меня дома мама больная, праздник какой-то глупый. Нервы напряженные. И я решил покататься, чтоб развеяться. И вот на Шпалерной, у милицейской будочки, меня капитан тормозит. Смотрит в удостоверение: «Ну что, Виктор Николаевич, вы не знаете, что у нас сейчас перекрестки платные?» Я сперва не понял. А потом так возмутился! Если б он сказал мне: «У меня трудное семейное положение, не дадите денег?» — я бы все отдал, что было. А когда так нагло… Я стал на него покрикивать, он начал штраф выписывать — 16 рублей. Но я так и не заплатил.
Помню, машина останавливается, люди меня узнают: «Кузьмич, с праздником! Что здесь делаете?» «Да вот, — говорю, — мудак…» Из кабинки доносится: «Кто мудак?» «Да я, — говорю, — мудак, что вам бесплатные концерты даю!..» Очень резко я с ним разговаривал. Так ему и сказал: «Если вы мой фильм увидите — выключайте телевизор, не надо смотреть! Или каждый раз 16 рублей платите…» Приехали его начальники, я к ним сел в машину, меня колотить стало. Они все нюхали, пьяный я или нет. Я подписал им фотографию свою, они мне вернули документы. Говорю им: «Он вор!» А они: «Почему вы так резко?» «Хорошо, — отвечаю. — Если я первый сказал о капитане Лахно, что он вор, то я готов стоять на коленях час посреди улицы!» Крохобор, попрошайка… Перекрестки у него платные! «Но ведь есть же, — говорю, — среди вас, в ГИБДД, нормальные люди?» А они, не сговариваясь, вдвоем ко мне поворачиваются: «В ГИБДД нормальных людей нету!» И вдруг я понял: а зачем моя истерика, мой крик души?.. Все это в пустоту.
— Интересно, а поймав настоящего вора за руку, ты тоже будешь взывать к его совести?
— Ой, с ворами у меня была очень смешная история. Когда-то я приехал на своем «опеле» на рынок, пошел покупать кресло. Возвращаюсь, вижу: стоит около моей машины маленький человек, который делает вид, что писает. Потом он повернулся, ушел. Я подхожу к машине, вижу — зеркала нет. А тот уже далеко, и рядом его напарник. И вот, с сигаретой в зубах, я за ними бегу. Чувствую — упаду, дым меня душит. И я кричу на всю улицу: «Товарищи воры, остановитесь, пожалуйста!» Маленький быстро убегает, а второй делает вид, что он ни при чем. Говорит, не глядя на меня: «Я ничего не знаю, он просто подошел ко мне, закурить стрельнул». Тут люди стали на меня обращать внимание: «Гляди-ка, Кузьмич…»
И вдруг этот человек, который не глядел на меня, поднимает голову: «Ой, а можно у вас автограф?» Фраза такая глупая… А я ему в ответ очень четко и громко говорю: «Вы понимаете, что в моем лице вы обворовали весь русский кинематограф?» Глупее фразы я в жизни не говорил, но она возымела действие. Вдруг появляется как из-под земли маленький и отдает мне зеркало: «Простите, мы не знали, что это ваше». А второй, который «в отказе» был: «Да подожди, мне автограф надо взять»… И я долго ездил с этим зеркалом, не знал, как его обратно поставить.