— Мистер Уизли не полностью оправился после отравления амортенцией, и у него случился истерический рецидив. Он случайно ударил вас во время приступа. Не волнуйтесь за своего друга, ему помогут в больнице, — щебетала медиковедьма.
— Мадам Помфри, Рон мне не друг. Уже не друг. И ударил он меня вовсе не случайно. Не выгораживайте его. Он псих, и его место в больнице.
— Мистер Поттер, что вы такое говорите? — возмутилась мадам Помфри.
— Я говорю правду. Он и раньше устраивал мне подобные скандалы. Я не хочу о нем говорить…
— Правильно, Поттер. Вам вообще не стоит сейчас разговаривать. Поппи, насколько я понимаю, у него сотрясение, а ты позволяешь ему болтать и нервничать, — Снейп был очень зол. — Чем здесь его поили? — Северус бесцеремонно взял склянку с тумбочки и понюхал ее. — Поппи, это снимет отеки на глазах. А остальное?
— Что остальное? Мистера Поттера всего лишь ударили кулаком, его не топтал фестрал, Северус, — возмутилась медиковедьма.
— Неужели? — яда в голосе Снейпа хватило бы на десяток василисков. Он сотворил диагностическое заклинание и поинтересовался: — А это что?
— Откуда? Я… — растерялась Помфри.
— Профессор Снейп, что там со мной? Я не хочу оставаться в больничном крыле, — Поттеру не нравилось, что его здоровье обсуждают при нем так, словно его самого здесь нет.
— Поттер, лежи спокойно.
Гарри услышал звон стекла, затем что-то булькало и хлюпало, словно в стакан лили жидкость, потом его за плечи подхватила знакомая сильная рука Северуса, осторожно приподнимая над подушкой.
— Пей, — скомандовал Снейп. — А теперь спи. Утром все будет нормально.
На этот раз Рон Уизли вернулся в школу только через месяц. Но для Поттера этот человек уже абсолютно ничего не значил. Гарри было все равно, что стало причиной такого неадекватного поведения Рона, и он не хотел больше иметь с ним ничего общего. Раз само существование Поттера вызывает у Рональда приступы агрессии, то Гарри как-нибудь обойдется без такого ошеломительного счастья. Он теперь на ночь ставил вокруг своей кровати сигнальный контур, чтобы избежать неожиданных неприятностей.
В это же время состоялся и серьезный разговор с Гермионой. Гарри посоветовал ей меньше подчеркивать при Уизли дружбу с ним, Поттером.
— Герми, возможно, когда-нибудь ты войдешь в их семью. Неважно, на каких условиях. Но пока не закончишь учиться в школе, тебе захочется видеться с Перси, а это значит, что хочешь ты того или нет, но тебе придется общаться и со всеми остальными членами его большой семьи. Не стоит настраивать Рона против себя, открыто демонстрируя нашу с тобой дружбу. Я очень ценю тебя. Поэтому я беспокоюсь. Пойми, я не прогоняю тебя. Мы будем, как и прежде, делать уроки вместе, будем разговаривать. Но ты не должна…
— Я поняла тебя, Гарри. Я поняла то, о чем ты хочешь мне сказать, и, в общем-то, согласна с тобой. Спасибо за заботу обо мне. Но ты ведь все время будешь помнить, что мы с тобой самые близкие друзья? Правда? — на глазах Гермионы сверкали слезы.
— Конечно! Герми, мы сможем наверстать все на каникулах, — Поттер обнял подругу. Благо, они разговаривали в пустом классе, не забыв закрыть дверь заклинанием, поэтому не боялись случайных свидетелей.
— Вот и все? Нет больше Золотого трио? — грустно усмехнулась Грейнджер.
— Точно. Больше нет трио, — Гарри вздохнул, понимая, что подруга права. — Но мы ведь остаемся. И у нас будут новые друзья, Герм.
— Обязательно будут, — согласилась Гермиона.
*
Казалось, окончательное признание Поттером факта, что дружба с Роном Уизли закончилась, стало причиной его сближения с Драко. Теперь во время попыток подчинить себе упрямый шкаф, Гарри часто разговаривал с Малфоем на темы, совершенно далекие от их работы. И начало этим беседам положил рассказ Поттера об обвинениях, брошенных Роном во время последнего скандала.
— Он заявил, что ты пускаешь по мне слюни, — Гарри с удовольствием наблюдал искреннее удивление на лице Драко.
— Я? А с чего это он такие выводы сделал? — хохотнул Малфой, качая головой. — Вообще-то я предпочитаю девушек. Нет, Гарри, ты, конечно, парень симпатичный, но прости, совершенно не в моем вкусе. Надеюсь, я тебя не обидел своим отказом? — ерничал Драко.
— Да нет. Мне было просто интересно, что ты скажешь в ответ на такие предположения, — ответил Гарри, вольготно разлегшийся на матрасе в Выручай-комнате.
— Уизли редкий болван. Он даже не хочет понять, что я если бы и хотел, то не стал бы смотреть на сторону, — продолжил Драко.
— В смысле? — не понял его Поттер.
— Я, практически, обручен. И все прогнозы говорят только в пользу этого союза. Я не враг своему роду, чтобы попусту, как говорит этот рыжий недоумок, пускать по кому-нибудь слюни, — попытался объяснить Малфой, наблюдая удивление на лице Гарри. — Тебе что-то не совсем понятно?
— Прости, мне все не понятно, — Поттер сел. — Не сочти меня полным дураком, но вот в этом вопросе, я видимо полный профан. Может, пояснишь?
— Что именно?
— О каких прогнозах ты говоришь? И что значит, практически обручен? Так ты обручен или нет? — Гарри похлопал рядом с собой, приглашая Малфоя присесть и сделать перерыв в работе, чтобы немного поговорить.
— Мои родители заключили предварительный договор с Гринграссами о моем возможном браке с их дочерью. Когда Астории исполнилось двенадцать лет, наши с ней магические потенциалы были сравнены. Есть много возможностей для такой проверки. Можно, я не буду тебе этого пока рассказывать? Так вот, сличение показало, что мы подходим друг другу очень даже неплохо. По всем признакам у нас должен быть здоровый и магически сильный ребенок. Когда я стану совершеннолетним, проведут еще раз сравнение, а затем и после совершеннолетия Астории. Если наша магия так и останется подходящей друг другу, будет проведен обряд помолвки. А позже — заключен и сам брак.
— Оу. Я читал немного книгу о магических браках, — Поттер порозовел, вспомнив, какой именно раздел его заинтересовал больше всего в той книге. — Там было что-то о векторах, структуре и направленности магии.
— Да. Речь идет как раз о магическом браке. Но ведь ты же не собираешься жениться, как магглы, всего лишь расписавшись в каком-то непонятном журнале? Тебе необходимо поднимать свой род. Или ты собрался стать предателем крови?
— Драко, не нападай на меня, а лучше объясни по-человечески, — насупился Поттер.
— Ладно. Прости. Нам, наследникам древних родов, нужно очень серьезно подходить к вопросу о женитьбе. Во-первых, следует тщательно выбрать себе пару. Здесь важно многое, но особенно — совпадение магии брачующихся. Если сделать ошибку, то можно стать родителями слабого мага или и вовсе сквиба. А это пагубно для рода. Мы должны заботиться о его процветании. Во-вторых, брак должен быть только магическим. Никаких новомодных штучек. Иначе магия рода станет разбазариваться, и род совсем ослабнет. В-третьих, нужно обязательно сразу же побеспокоиться о наследниках. Я не осуждаю твоего крестного, но дядя оказался неразумным главой рода. Не смотри так на меня, словно не знаешь, что Сириус Блэк был моим родственником. Он кузен моей матери, следовательно, мне он приходился дядей, — Малфой усмехнулся.
— Я знаю, что твоя мать из Блэков. Просто как-то непривычно это слышать. Крестный Поттера — дядя Драко Малфоя, — Гарри улыбнулся в ответ. — Я тоже считаю, что Сириус зря назначил меня наследником. Я не темный маг. Как мне быть главой темного рода?
— Ничего ужасного в этом нет. Просто придется тщательно выбирать жену. Род Поттеров светлый и ты, если постараешься, то сможешь его поднять. Будет непросто, ведь столько лет им никто не занимался. Но ты осилишь. А вот с родом Блэк гораздо сложнее. Выход только один — найти жену из темных магов. К тому же такую, чтобы была не слабой, раз родовую магию придется ей поддерживать. Ты, как глава рода, будешь проводить ритуал подпитки, но магия будет течь от супруги. Магически слабая волшебница тебе не подходит. Темная и очень сильная колдунья, это не так уж и просто найти. Но, думаю, можно поискать во Франции или Испании. Вот как только разберемся с Этим, ты понял, о ком я, так сразу и займемся поисками. У нас есть там родственники, попросим их о помощи. Так что не переживай, найдем мы тебе подходящую жену, — Драко говорил по-деловому и очень серьезно, словно они договаривались о финансовой сделке.