— Во-первых, ты не заставлял Уизли идти в Отдел тайн. Во-вторых, его отвратительное поведение слишком уж избирательно направлено на тебя. Даже в ссорах с братом, он ссылается на вашу дружбу, указывая причину его раздражения и неудовольствия. Так что, скорее всего, дело не в том случае с мозгами из аквариума. Они, возможно, и повлияли на него, но не были основной причиной его состояния. Почему в таком случае, даже ссорясь с посторонними, он всегда упоминает тебя или что-то связанное с тобой? — Снейп задал тот же вопрос, который Гарри уже десятки раз задавал себе.
— Может потому, что когда там все случилось, именно я оказался рядом?
— Чушь. Уизли пять лет был чуть ли не единственным, не считая Гермионы, кто оставался с тобой рядом. Он никого не подпускал к тебе. Подумай. Стоило перестать разговаривать с ним, и ты сразу обрел множество друзей. Мне кажется, что Уизли просто ревнует тебя ко всем и ко всему, — Снейп ухмылялся, наблюдая за реакцией Поттера на его слова.
— Ревнует как друга или… Нет. Нет, ты не можешь так думать. Он всегда пускал слюни по Браун. Рон расписывал ее прелести и болтал о том, что хотел бы с ней сделать.
— И что ему мешает воплотить свои фантазии? Мисс Браун, прости за откровенность, достаточно доступная девица. Понаблюдай за ним. Возможно, я не прав, и это во мне говорит ревность, а не в нем, — посмеивался Северус и поцеловал Гарри в щеку. — Как там Гермиона?
— Как всегда, вся в книгах и вычислениях. Жаловалась на кузена, который принес ей диск с музыкой и заразил ее компьютер вирусом. Ты же знаешь, что такое компьютер? — Поттер хитро посверкивал глазами.
— Знаю. Говоришь вирус? — Снейп задумался.
— Да, это такая вредоносная программа, компьютер Гермионы из-за этого поломался. Поломался… — теперь и у Гарри мелькнула мысль, что поломка компьютера у подруги ему что-то напомнила.
— Схема привлекательная. Да? Маленькая частичка, которая заражает все. Заражает и выводит из строя целую машину. Не ломай голову, подумаем об этом в другой раз.
Северус привычным уже жестом снял с Поттера очки и отправил их на стол.
— Сегодня у нас мало времени, — прошептал он, расстегивая рубашку на Гарри и забираясь руками под брючный ремень. — Но я ужасно по тебе соскучился.
— Я тоже, — Гарри задышал прерывисто от накатывающих волн наслаждения, вызванных прикосновениями губ любимого к его телу. Вплетая пальцы в волосы Северуса, и задавая темп легким подталкиванием, Гарри прошептал: — Если бы ты знал, как я соскучился. Да-а-а. Я хочу…
— Я знаю, чего ты хочешь, — прошептал Северус ему в губы, подвинувшись на диване, и теперь нависая над любимым. — И я рад, что могу тебе это дать.
*
Первый конфликт с участием Поттера в новом учебном году разразился на уроке ЗОТИ, который был совместным с факультетом Слизерин. Гарри еще на завтраке предупредил Гермиону, что хочет на занятии сесть с Малфоем. На это подруга только пожала плечами и заявила, что она прекрасно будет себя чувствовать в обществе Невилла. Лонгботтом в это время завтракал рядом и с энтузиазмом принял ее идею сесть вместе на ЗОТИ.
Перед занятием Гарри доставал учебник и отвлекся, когда рядом раздался возмущенный возглас:
— Что ты делаешь на моем месте? Убирайся, Малфой! — Рон попытался столкнуть сумку Драко со стола.
— Уизли, этот стул не подписан. Так с чего ты решил, что это твое место? — Малфой держал себя в руках.
— Я всегда сидел с Гарри. Вали к своим слизням! — набычился Рон.
— Всегда — это когда? В прошлом году я такого не замечал. Это тебе информация, чтобы освежить память, — Драко отвернулся и начал готовиться к уроку, доставая учебник.
— Гарри, а что ты молчишь? — переключился Рон на Поттера.
Гарри посмотрел на него, перевел взгляд на Малфоя, и спросил:
— Драко, ты сам разберешься? Или нужна моя помощь?
— А что разбираться? Вон уже профессор Люпин пришел. Пусть он с Уизли и разбирается, — спокойно ответил Малфой, очень точно предугадав ход событий.
— Добрый день. Мистер Уизли, займите свое место, — рассеяно сказал Ремус, подходя к учительскому столу.
— Мое место занято, — упрямо заявил Рон.
Люпин присмотрелся к Уизли, потом перевел взгляд на стол, за который тот пытался сесть. Если его и удивила картина, увиденная им, то Ремус промолчал и никак не отреагировал на это, в то время, как в аудитории стало очень тихо. Всех интересовало, чем закончится демарш Малфоя и Поттера, весьма странно ведущих себя в этом учебном году. Студентам хватило двух дней, чтобы понять, что между ними нет вражды и, как минимум, заключено перемирие. Только слизеринцы, родственники которых служили Темному Лорду, догадывались о причине таких изменений в поведении бывших соперников, но не в их правилах было делиться сведениями.
— Мистер Уизли, займите любое свободное место. Насколько я могу судить, ни мистер Поттер, ни мистер Малфой не против соседства друг друга, — заметил Люпин.
— Но они с разных факультетов, — бросил свой последний довод Уизли.
— Они студенты одной школы. Сядьте и не мешайте мне проводить занятие, — слегка повысил голос Ремус.
— Профессор, но это неправильно, — попыталась вмешаться в ситуацию Миллисент Булдстроуд со Слизерина. И сразу же зашумел весь класс. Оба факультета удивлялись, возмущались, а некоторые даже презрительно кривились, выражая свое мнение по данному вопросу.
— Гарри, — Люпин подошел вплотную к Поттеру, чтобы в гуле голосов переговорить с ним. — Я не знаю, что ты задумал, но не мог бы ты сесть с Уизли, как обычно?
— Что значит, как обычно, профессор? Я не общаюсь с Уизли почти год, и вам это уже прекрасно известно. Я буду сидеть с тем, с кем мне будет комфортно при практической отработке заклинаний. Мне нужен спарринг-партнер уровня, близкого к моему. Уизли я раскатаю в блин на первой же тренировке, — Поттер говорил почти шепотом, и в классе стал затихать шум. Все хотели услышать, о чем он говорит с Люпином.
— Ясно, — Ремус кинул хмурый взгляд на Малфоя. — Уизли, найдите себе место или покиньте класс. Тема урока — повторение защитных заклинаний.
Рон, покраснев и зло поджав губы, занял место за свободным столом.
Профессор Люпин, перечислив заклинания, которые сегодня планировалось повторить, вызвал три пары студентов на площадку для практических занятий, чтобы посмотреть на уровень их подготовки. Их сменили следующие три пары студентов. Когда очередь дошла до Поттера и Малфоя, Нотт довольно громко сказал:
— Сделайте доброе дело — грохните друг друга.
Некоторые слизеринцы оценили его просьбу тихим хихиканьем, профессор Люпин ограничился строгим взглядом. Гарри и Драко проигнорировали выпад в свою сторону и начали выполнение задания. Когда заклинания сорвались с их волшебных палочек, стало понятно, что вряд ли кто-то из одноклассников смог бы выдержать такой темп. Все, включая те две пары студентов, которые вышли на площадку одновременно с Поттером и Малфоем, следили за их тренировкой. Уизли тем временем направил палочку на Малфоя и отправил в него Ступефай, не учтя, что Драко и Гарри все время быстро перемещаются. Когда красный луч приблизился к площадке, в зоне поражения оказался еще и Поттер. Летние тренировки втроем в Блэк-хаусе не прошли зря, Гарри успел поставить щит, а Драко автоматически бросил в общего противника ответное заклинание, выбрав для этого Петрификус Тоталус. Лишь после этого они вспомнили, что здесь не может быть Снейпа, любящего проверять их реакцию, встревая в бой в качестве третьей стороны. Поттер и Малфой остановились, одновременно посмотрев туда, откуда летел Ступефай.