— Вы позавтракали? — поинтересовался Поттер на правах хозяина Блэк-хауса.
— Да, Гарри. Кричер нас накормил, — заверила его Гермиона.
— Ну да. Только мне почему-то все время попадались подгорелые оладушки, — пожаловался Рон, обожающий вкусно и много поесть.
«Кричер продолжает сердиться на Рона», — мысленно усмехнулся Гарри.
— Так чем займемся? — повторил Уизли. — Ты говорил, что есть другое крыло на втором этаже. Покажешь? А то я там ничего такого не видел, — Рон поднялся с дивана, приглашая пойти исследовать дом.
— Я, конечно, могу показать, где это, — нехотя поднялся следом за другом Гарри, глядя на заинтересованно прислушивающуюся Гермиону, следующую его примеру. — Но пройти в хозяйское крыло вы не сможете. Чары вас не пропустят.
Поттер не стал пояснять, что он глава рода и может провести маленький кровный ритуал, как это было выполнено им со Снейпом. Вот тогда друзья смогут увидеть скрытое крыло особняка. Однако Гарри не хотел пускать туда посторонних. Северус почему-то не вызывал у него такого чувства, и Гарри, не задумываясь, поселил его рядом со своими покоями в тайном крыле особняка после того, как был признан законным наследником и главой рода Блэк. В первую очередь, это было связано с возвратившимися ночными видениями — профессор должен иметь возможность беспрепятственно попасть в спальню Поттера, чтобы помочь ему пережить очередную ментальную встречу с жизнью Волдеморта. Но и осознание того, что рядом — за стенкой, есть еще кто-то в этом большом доме, служило для Гарри неким якорем, не позволяющим окончательно впасть в уныние и считать себя изгнанником из мира, открытого для всех других. Это очень благотворно влияло на его психику. Ведь приходилось жить в изоляции от знакомых и друзей из-за смертельной опасности.
— И где этот вход? — не переставал допытываться Рон.
Поттер вывел друзей в коридор и показал на лестницу.
— Там, в противоположной стороне от этого крыла.
— Но там просто стенка, — заметил очевидное Уизли.
— А у нас вместо входа в гриффиндорскую башню просто висит портрет, — съязвил Поттер, давая понять другу, что это тот живет с рождения в магическом мире, и его не должны удивлять такие странности, как невидимая дверь.
— Ясно. Это как Выручай-комната, — сделал вывод Рон, а Гарри не стал его поправлять, что здесь задействованы совсем другие чары, основанные на родовой магии. Раз Уизли ничего даже не подозревал о хозяйском крыле, которое существует в любом родовом особняке, то не стоило и напрягаться, чтобы что-то ему объяснить.
— Скучно у тебя. Давай в шахматы поиграем, что ли, — заметил Рон, потягиваясь. — Надо же как-то скоротать время до обеда.
— А я почитаю, пожалуй. Гарри, ты обещал мне…
— Ой, прости, Герми. Ты о книге про домовиков? Пошли, — Поттер положил руку подруги себе на предплечье и повел ее в библиотеку.
Вышло это у него как-то естественно и очень предупредительно. Он похлопывал Гермиону по руке, лежащей на сгибе его локтя, и что-то тихо объяснял по пути. Уизли только зло зыркал на друга, плетясь следом. И если Гарри этого недоброго завистливого взгляда не видел, то внимательный Кричер не пропустил такого. Домовик на мгновение задумался и отправился к мастеру Снейпу. Тем временем Поттер усадил Гермиону в кресло, а сам, пройдясь между стеллажами, отыскал ту самую книжку, которую уже читал — «Все об эльфах домовых, о жизни их и службе».
— Держи. Думаю, тебе понравится. Я там много интересного для себя нашел, — Гарри улыбнулся подруге и, повернувшись к Рону, продолжил: — А мы можем сесть играть на диване, чтобы Гермионе не так одиноко было в библиотеке. По себе знаю, что здесь может показаться неуютно, если сидишь один. Наверное, потому что комната очень большая.
Объясняя все это, он достал из стола коробку с волшебными шахматами и уже расставлял фигуры на ее черно-белом поле. Гарри давно принес шахматы в библиотеку, они даже с Северусом иногда играли по несколько партий. Только Поттер не очень интересный соперник в такой игре, потому как все время проигрывает и к тому же очень быстро. Правда, Снейп как-то пообещал, что со временем он научится играть лучше, когда поймет главный секрет стратегии. После этого Северус смеялся и говорил, что ему в таком случае должны будут выдать орден Мерлина за обучение Избранного. Поэтому Гарри так и не знал наверняка, говорил ли Снейп серьезно или в очередной раз насмехался над ним.
***
Пока Золотое трио разместилось в библиотеке и занималось вполне безобидными делами, которые даже ссорой не сопровождались, Кричер беседовал со Снейпом, укрывшимся от нашествия его студентов в лаборатории.
— Мастер Снейп. Мне не нравится этот Уизли. Он какой-то ненадежный. Он жадный, завистливый, злой и глупый.
— Кричер, я прекрасно понимаю тебя, но он друг Поттера, и мы пока не можем ничего с этим поделать. Нам придется немного потерпеть его присутствие в доме, — отвечал Северус, удобно устроившись для разговора с эльфом на кожаном диванчике.
— Он только что зло смотрел в спину хозяину, когда тот под ручку провожал эту девчонку в библиотеку, — доложил домовик.
— Может, ревнует? — хмыкнул Северус, а сам подумал: «Я бы тоже зло смотрел, если бы увидел», — и сам удивился этой странной мысли.
— Он завидует. Он до зубовного скрежета завидует. Этот Уизли пытался заставить хозяина показать господские покои.
— И что Поттер? — Снейп прищурился, прислушиваясь к ответу эльфа.
— Не повел. Сказал — чары не пустят, и не повел, — довольно потирал руками домовик. — У хозяина голова хорошо варит. Он молодец. Он умный хозяин, хоть годами еще и молод. Вы согласны со мной, мастер Снейп? — эльф хитро смотрел на Северуса.
— Да, Поттер, несомненно, умнеет на глазах. Значит, говоришь — завидует? — прищурившись, произнес Снейп, обдумывая информацию. — Кричер, не спускай глаз с Уизли. Зависть плохой попутчик дружбе. Нужно дать понять твоему умному хозяину, — он усмехнулся домовику, — что долго его друзьям гостить не стоит. Особенно Уизли. Да и камин потом нужно будет прикрыть. Спасибо, Кричер. Это была очень важная информация, и я рад, что ты посоветовался со мной.
— Кричер старается для молодого хозяина. А кто, как не мудрый мастер Снейп, поможет ему в этом, — подхалимничал эльф. — Мастер Снейп ведь заботится о молодом, красивом и сильном маге Гарри Поттере?
— Заботится — заботится, — ухмыльнулся Снейп явной настойчивости Кричера.
***
День шел своим чередом. Гарри занимался в лаборатории со Снейпом, Гермиона читала, а Рон неприкаянно шатался по дому. Только ничего нового он увидеть так и не смог — все комнаты были заперты, даже вход на чердак оказался запечатан. Кричер постарался ограничить пространство для любопытного носа Уизли. Эльф перекрыл ему входы везде, кроме комнаты, где тот остановился, библиотеки и гостиной на первом этаже. Рон попробовал ткнуться на кухню, чтобы взять что-нибудь пожевать до обеда, но и здесь его ждала неудача в образе старого сморщенного домовика с огромным половником в руке и воинственно сжатыми губами.
За обедом все молчали. Гарри и Северус наговорились в лаборатории, где Снейп наконец-то смог открыто похвалить успехи на утреннем занятии по ментальным практикам. Гермиона и Рон боялись нарваться на язвительную реплику профессора, поэтому предпочитали в его присутствии помалкивать.
А вечером Уизли, весь день так и не сумевший найти подходящий момент, решил напрямую снова поинтересоваться у Поттера:
— Гарри, так ты не хочешь пригласить сюда маму? Она смогла бы тебе пирогов испечь. И присмотрела бы за тобой. Тогда и я не уходил бы в Нору, а мы могли бы вчетвером с Фредом и Джорджем играть во взрывного дурака.
— Рон, мы вчера уже обсуждали этот вопрос, — устало ответил Гарри, поняв, что опять начинается вчерашний беспредметный спор. — Пироги мне печет Кричер, ты сам сказал, что он вкусно готовит. Присматривать за мной не нужно, мне не пять лет, — Поттер хотел спросить, где была его мама — член Ордена Феникса, когда Гарри маленького отдали Дурслям, но решил не нагнетать и так уже не очень душевную обстановку.
— Но мне придется тогда тоже дома жить до занятий, — возмущенный тон друга Поттера даже позабавил. Получалось, что Гарри еще и в чем-то виноват.