— И в этом году цепляются? — в глазах Снейпа Гарри увидел искреннюю заинтересованность.
— Малфой нет. В этом году, нет. Да он и ходит в этом году один, без этих… — Поттер задумался, словно только что сказанное было для него новостью.
— Ты так и не поведал мне, что с тобой случилось? — напомнил Снейп, уводя от темы о Драко.
— Ничего. Джинни с Дином целовалась, — только когда слова прозвучали, Гарри понял, о чем ляпнул. — Не обращайте внимания.
— Ты переживаешь из-за поведения своей подружки? — голос Снейпа стал прохладнее. Казалось, что забота, звучавшая в нем несколькими минутами назад, начала быстро испаряться. Он даже отвернулся, чтобы не видеть выражения лица Гарри, переживающего неверность Уизли.
— Нет. Я не переживаю. Я не знаю, для чего это сказал, — ответ прозвучал безразлично и не был наполнен эмоциями, как тот же вопрос о Малфое. — Просто как-то странно. Она целуется с другим, а мне все равно. Это же неправильно?
Снейп улыбнулся. Он даже сам не смог бы объяснить чему именно улыбается — странному вопросу Гарри или его заявлению, что мисс Уизли Поттера не интересует.
— Почему неправильно?
— Ну, мы же вроде как встречались с ней, а я теперь, вместо того чтобы устроить разборки, просто молчу, — пояснил Поттер, обрадовавшись, что его глупое признание позволит посоветоваться с опытным человеком.
— Ты хочешь сказать, что мисс Уизли не знает, что ты в курсе ее адюльтера? — Снейп наблюдал за реакцией Гарри.
— Северус! — возмутился Гарри, тряся головой. Снейп обратил внимание, что он опять «Северус», а не «профессор Снейп». — Джинни не моя жена! Мы только недавно начали встречаться! Какой адюльтер? И да, она не знает, что я видел ее с Дином. Считаешь, я должен ей об этом сказать?
— Если ты не против ее прогулок с мистером Томасом, речь ведь о нем? То, может, и не стоит ей говорить. Но тогда не удивляйся, если об этом что-либо нелицеприятное станут говорить за твоей спиной. Ты у нас личность известная, за тобой многие пристально наблюдают. Твои действия и поступки оцениваются намного требовательнее, чем у других, — Северус получал какое-то подсознательное удовольствие от факта, что Поттер не ревнует свою рыжую подружку, а следовательно и не испытывает в ее отношении особой привязанности. Снейп реально оценивал обстановку, где имелось еще не меньше десятка-другого подходящих подружек для Гарри, но даже такая малость приносила ему удовлетворение.
— Знаю я, как оценивают мои поступки, — фыркнул Поттер. — О чем будут говорить? Что я этот? — Поттер, ухмыляясь, приставил к голове руки с растопыренными пальцами, изображая рога. — Пусть говорят, если больше не о чем, — Гарри безразлично пожал плечами.
— Тогда возникает закономерный вопрос. А зачем ты встречаешься с мисс Уизли, если тебе все равно с кем она целуется? — Северус отметил, что Гарри даже не скривился, когда услышал такой личный вопрос.
— А я знаю? Наверное, чтобы другие не липли, — Поттер удивленно смотрел на Снейпа, а потом даже хохотнул. — Точно! А я целый день ломаю голову, какой Мордред меня тянет всякий раз на эти свидания. Я Джинни знаю, с ней можно хоть о квиддиче поговорить, не то, что с другими. Вон Лаванда…
— Гарри, я прекрасно представляю, о чем может говорить мисс Браун, — Снейп почти смеялся. — Поттер, признавайся. Я у тебя личный психолог? Ты не можешь разобраться с собственным отношением к подружке и для этого устраиваешь бойкот занятиям?
— Это не из-за нее. Мерлин! Опять не то! — Гарри слегка покраснел и отвернулся.
— А из-за кого, позволь спросить? — Северус решил-таки добиться признания от Поттера, но тот оказался крепким орешком. Если он не смог сдержать эмоции и лицо выдало его, то говорить Гарри ничего не стал. — Молчишь? Ну, молчи. Уже поздно, Гарри. Тебе пора в гостиную.
Кивнув и пробормотав под нос пожелания спокойной ночи, Поттер выскочил за дверь покоев декана Слизерина.
*
К концу недели Гарри стал замечать странные взгляды, которые кидают на него не только гриффиндорцы, но и ребята с других факультетов. Сначала Гарри подумал, что это связано с тем, что он теперь стал реже бывать в библиотеке. Кричер исправно приносил из дому требующуюся ему литературу. Поттеру теперь было легче избежать лишних встреч с другими студентами, что так раздражало директора и вызывало опасения Снейпа. Но в пятницу перед уроком трансфигурации он стал свидетелем занятного разговора. Гарри стоял за рыцарскими доспехами и разговаривающие его просто не заметили.
— Как он может позволять такое? У него глаз нет, что ли? — Парвати говорила негромко и с придыханием, словно старалась сдержать гнев или раздражение.
— Может быть, Гарри и не знает. Он все время за учебниками. А во время их свиданий она себе, надеюсь, не позволяет смотреть на сторону. Вот пойди и расскажи Поттеру, если так волнуешься, — Невилл фыркнул.
— Не притворяйся дураком, Нев. Дело не в том, куда она смотрит, и о чем я волнуюсь. А в том, что она из Гарри посмешище делает. Он не какой-то там полукровка без роду и племени. Тогда пусть делала бы что угодно, никому от этого не было бы не холодно и не жарко. Но Гарри наследник, как и ты. Он не должен позволять ей позорить имя его рода, — шепотом возмущалась Парвати.
— Но Джинни не его невеста. Он не обручен с ней. Да они только начали встречаться, — сопротивлялся Невилл эмоциональному напору.
— Ну и что. Главное — Гарри считает ее своей девушкой, а значит, магия его рода уже присматривает за ней. Да что я тебе рассказываю. Ты и сам все прекрасно знаешь. Нев, ты должен поговорить с Гарри. Ты парень и тебе это сделать проще. Пожалуйста, — даже по голосу было слышно, как Парвати заулыбалась, произнося просьбу.
— А тебе то что, Парвати? Хочешь его для себя отвоевать? — насмешка Невилла заставила Парвати фыркнуть.
— Мне родители уже выбрали жениха. Нас, хранителей древних родов, не так уж и много. Ты и сам это знаешь. Нужно держаться друг друга и помогать по мере сил.
В это время к кабинету подошли слизеринцы, а следом и одноклассники Гарри. Он удачно смешался с толпой, так и не выдав своего тайного присутствия при разговоре. У него теперь было о чем задуматься. Второй раз судьба делает его невольным шпионом.
*
Вечером Кричер подтвердил слова Парвати Патил. Он, скривив свое и так сморщенное личико, вещал:
— Если хозяин позволит, то Кричер даст ему совет. Присмотритесь к этой Уизли. У нее слабая магия. Некоторые заклинания ей даются, но далеко не все. Ее магия ущербная, она полосатая. Словно порванная, — эльф сделал движение руками, похожее на то, как кошка бьет лапами. — Хозяин понял? Ее род угасает. Если хозяин сделает Уизли своей невестой, то сила рода Блэк и рода Поттер станет утекать, чтобы поддержать тот пропащий род. Магия будет слушаться решения главы рода, но сама от этого пострадает. Хозяин ведь не хочет погубить два древних рода?
— Почему ты раньше мне не говорил об этом? Ты же знал, что я встречаюсь с Джинни? — Гарри подозрительно смотрел на эльфа. Слишком уж продуманной казалась речь домовика.
— Хозяин не спрашивал, Кричер — не говорил, — эльф прятал лукавую ухмылку.
— А если бы я обручился с ней? — взял на испуг Поттер.
— Нет! Хозяин такого не мог сделать! Кричер всегда говорил, что его хозяин очень умный молодой человек. Хозяин и сам понимал. Он не по-настоящему встречался с этой Уизли. Кричер знает…
— Что? Ты подглядывал за мной? Кричер, смотри на меня! Отвечай, — Гарри душил смех.
— Кричер не подглядывал, — упрямо заявил эльф. — Кричер следил, чтобы с хозяином не случилось ничего плохого.
— И что плохого могло случиться со мной на свидании с Джинни?
— Она могла соблазнить вас, хозяин, — зло топнув ногой, пояснил Кричер.
Поттер не верил своим ушам. Домовик его спасал от грехопадения с Джинни. Гарри рассмеялся и не мог долго успокоиться. Утирая слезы, он с трудом произнес: