После того маленького письма мама начала отстраняться от меня. Больше пить, гулять, ругаться. Я ей стал не нужен, только как данность. Есть и есть.
— Мин Хён, почему ты так похож на этого подонка, а? У вас одно лицо, и даже характером похожи… Что за несправедливость? Почему ты не пошёл в меня, ведь вынашивала и рожала тебя я. А он даже груз воспитания на себя не взял. Поддержки ему, видите ли, не хватило. Свалил — и даже денег не даёт, а у него их теперь море. Вот скажи, где я провинилась, в чём моя ошибка, а? Только в том, что сама своим отношением подложила его под ту женщину, и дело не в деньгах.
Поговори ты тогда с мужем и не отмахнись от него, он бы остался с нами. Была для него ближе всех, но в самый важный момент сдалась. Человек нуждается в поддержке, как цветок в солнце. И папа, увидев в той женщине спасительный лучик, потянулся к ней. «Работай больше, дорогой, иначе нам не хватит на оплату детского сада. Работай больше, дорогой, иначе нам не хватит денег на оплату кредитов. Работай больше, дорогой, иначе в следующем месяце нам не хватит на еду. Милый, какой новый костюм? Если мы сейчас его купим, то не сможем купить мне новое пальто, а старое совсем уж истрепалось, три года назад брали». Недостаток денег — как мантра, от которой едет крыша. Но всё можно преодолеть, если вы вместе и стоите друг за друга горой. Это звучит как замызганное клише, но ведь это правда. Мы не верим в подобные вещи, пока не проверим на себе.
Когда мама злилась, она запирала меня в сарае, чтобы глаза не мозолил. Осенью там было не так плохо, но летом — просто невыносимо. В тёмном маленьком душном помещении от жары вскипал мозг, превращаясь из желеобразной массы в водичку. Единственным спасением было прижиматься к полу, который в дальних углах всегда был холодным. Но иногда мама просто хлестала меня ремнём. Как и в тот раз.
— Ненавижу тебя! Весь в него пошёл! Да тебя даже дворником работать не возьмут!
— Мама, пожалуйста, не надо! Я не уйду, не уйду!
— Хорошенько подумай над своим поведением. — Она бросила в меня ремень и ушла в дом. Тогда не было сил доползти до крыльца. Помню, как открыл глаза и увидел девчонку, которая бежала ко мне. Это была Ким Ту Хонг. В тот день у меня появился первый друг — маленькая боевая девочка с милыми веснушками на щеках. Её неугасающий энтузиазм и оптимизм завораживали. Она стала для меня тем, ради кого хотелось горы свернуть. Бегал, искал бутылки, чтобы сдать их и хоть немного заработать. Потому что она сказала, что мечтает ещё хоть раз побывать в парке аттракционов. На день рождения я подарил ей эти билеты в парк. Когда счастлива она, счастлив и я. Но в тот же вечер к моему дому подъехало несколько чёрных автомобилей. «Папа приехал решить кое-какие дела», — так сказала мама. Пока они ругались в доме, я сидел в одной из машин и ждал, как мне велели. Вскоре пришёл и папа.
— Здравствуй, сынок, — ласково поздоровался со мной отец.
— Здравствуйте.
— Почему так официально?
— Вы ушли, и у вас появился новый ребёнок, я по новостям видел. Значит, вы больше не мой папа, и я не могу к вам обращаться по-другому.
— Ты не прав, потому что кое-чего не понимаешь. — Он погладил меня по голове. — А хочешь, чтобы я снова стал твоим папой?
Это был риторический вопрос. Даже если он ушёл, даже если у него появился ещё один сын от другой женщины, он улыбался и был ласков со мной, как прежде. А мама меня била. Ответ очевиден.
— Хочу. Что для этого нужно?
— Ха-ха, ничего, только, пожалуйста, называй меня как раньше — папой. — Я согласно кивнул. Но потом вспомнил кое-что очень важное.
— Пап, а можно моя подруга поедет со мной? Её тоже дома не любят, и она может называть тебя папой.
— Прости, Мин Хён, ей снами нельзя. Но если ты будешь прилежно учиться, то, когда вырастешь, вы снова встретитесь, и ты сможешь забрать её с собой. Договорились?
— А можно мне с ней попрощаться?
— Нет. Нужно уехать незаметно, ты ей потом всё объяснишь. — Он обнял меня. — Но ты можешь оставить ей записку.
Папа протянул мне блокнот с ручкой. Я аккуратно вывел несколько слов и попросил его приклеить листок на дверь. Оставив записку, папа похлопал водителя по плечу, и мы поехали.
— А как же мама?
— Она поедет в другое место, подходящее ей больше, чем наш новый дом.
Позже я узнал, что её просто отослали в загородный дом отца и заперли там, чтобы она не наводила ещё больше шуму. Мама постоянно ходила в полицию, суд, пыталась отсудить часть отцовского состояния, так как он не обеспечивал нас с ней и бросил. Но они не были женаты, когда я родился, поэтому в этом деле она ничего не выиграла. Только обо всём этом начали прознавать журналисты. Если бы папа не вмешался, дело бы раздули.