Поэтому, отдав букет из пяти красных роз светловолосому парню в очках, она выходит из магазина вслед за ним, поворачивая табличку «Открыто» обратной стороной.
За пределами прохладного помещения стоит жара, характерная для летнего Саннивуда. Из-за неё все прохожие одеты в короткие шорты, тонкие майки, летние платья и комбинезоны, а их головы скрыты под кепками или панамами, заботливо оберегающими от участи получить солнечный удар. Кафе-мороженое, расположенное через два заведения от цветочного магазина, ломится от посетителей. Дейзи грустно вздыхает, опираясь на стеклянную дверь и представляя, какая у его владельца сегодня будет выручка.
Полуденное солнце обжигает её оголённые колени. Возможно, выходить на улицу в такое время было не лучшей идеей. Поэтому Дейзи делает глубокий вдох, намереваясь вернуться на рабочее место.
Но когда она дёргает ручку двери, к магазину медленно подъезжает красный джип, тут же паркуясь рядом. Водительская дверь открывается, и что-то внутри Дейзи ёкает, когда она видит выходящего из него водителя.
«Да вы издеваетесь».
Джаспер выглядит так, будто по нему проехался поезд. Неудивительно. Одеться в тридцатиградусную жару в траурно-чёрный и проехать несколько километров в машине без кондиционера, по мнению Дейзи, приравнивается к попытке самоубийства.
Джаспер хлопает дверью с такой силой, что старый автомобиль слегка покачивается на месте, а потом трясёт головой, чтобы смахнуть со лба тёмные пряди. Его губы плотно сжаты. Но стоит ему увидеть Дейзи, как они растягиваются в широкой улыбке, а в холодных, словно два замёрзших озера, глазах вновь загорается демонический огонёк. Прямо как у умалишённого дурачка.
— Привет, персик, — он машет рукой, развязной походкой направляясь к Дейзи.
— Привет, золушка, — кивает в ответ Дейзи, скрестив руки на груди.
— Почему именно «золушка»? — недоумённо интересуется Джаспер, хмуря брови.
— У вас много общего. Например, твоя карета тоже превратилась в тыкву, — отвечает Дейзи, указывая на красный джип.
Джаспер следит за её взглядом, а потом тяжело вздыхает, осуждающе качая головой.
— Не дави на больное.
Дейзи звонко усмехается. Джаспер сводит брови, а его уголки губ опускаются вниз. Словно речь идёт не о сломанном автомобиле, а о печальном событии, разбившим его сердце на мелкие кусочки. Была бы здесь Мона, точно бы уговорила его пойти на театральные пробы: с таким талантом у Джаспера было бы большое будущее.
— Так какими судьбами ты здесь?
— Ну-у-у, — Джаспер лениво чешет затылок, морщась от ярких лучей солнца. — Дядя выставил меня с фермы под предлогом, что мне «необходим отдых», — он изображает кавычки. — Кажется, я достал его. А так как в этой глуши больше нечего делать, я решил проведать свою любимую цветочницу.
— Польщена таким вниманием, но в моём плотном графике нет времени на то, чтобы работать твоим личным клоуном, — чеканит Дейзи. — Прости, мне надо вернуться в магазин: клиенты будут бунтовать.
Она дёргает дверь. После нескольких минут под палящим солнцем температура в помещении кажется сравнимой с холодильником. Дейзи обхватывает себя руками, вновь меняя табличку и направляясь к кассе. Колокольчик звонит, и в магазин вслед за ней заходит Джаспер.
— А ты не говорила, что здесь так хорошо, — с улыбкой подмечает он. — Не то что на этом адском пекле.
— Джаспер, у меня много работы, — напоминает Дейзи, схватив свой блокнот, чтобы проверить, у каких заказов уже поджимают сроки. — И если я не успею вовремя, покупатели объявят на меня крестовый поход.
Её указательный палец быстро скользит по написанным аккуратным почерком строчкам, пока не задерживается на пункте «Три месяца отношений, Трэвис». Отлично, с этим можно справиться быстро. Наверняка найдётся что-то подходящее из уже готовых букетов, и приведение его в нужный вид не потребует много усилий.
В этот момент на тонкие страницы падает тень. Дейзи медленно поднимает голову, сталкиваясь взглядом с подошедшим к кассе Джаспером. Уголки его тонких губ растянуты в улыбке, которая будто так и кричит: «Пропишете мне подзатыльник». Джаспер стоит на месте, по всей видимости, совершенно не планируя куда-то уходить, а его руки плавно скользят по деревянной столешнице, подбираясь к блокноту Дейзи, чтобы коснуться его исписанных страниц.
Она раздражённо вздыхает. Джаспер напоминает ей лемура: такие же тёмные глаза и издевательская медлительность, которой он виртуозно действует на нервы. И кажется, слова о катастрофической нехватке времени его совершенно не волнуют.
— Слушай, чего тебе надо? — интересуется Дейзи.