— Кого надо, — со шпионским прищуром сказал директор. — Насквозь видит, как рентген, практически.
— Ни дядь Коля это, случаем?
— Какой дядь Коля?
— Николай Петрович.
— А какой он те дядя? Дед уж давно.
— Кому как, — кокетливо дернула шейкой Тамара. — Так о нем, что ли, речь?
— Ух, какая ты шустрая, ничего от тебя не скроешь.
— Так вы и не скрывали, сами все рассказали.
— Мне скрывать нечего — это жулик пусть скрывается. Я человек открытый, прямой. Да, признаюсь — попросил Петровича пособить.
— А я его сегодня встретила.
— И как он?
— Как обычно. Красавицей назвал.
— Это он может. Хитрющий дед, хитрющий.
Тамару подобный отзыв, естественно, не порадовал. Это означало, что красавицей ее мог назвать разве что хитрый, неискренний человек. Слегка обидевшись, она стала смотреть в окно, за которым мелькали пушистые березки, кряжистые клены, высокие, как парусные мачты, тополя.
— Ну, чего замолчала, Тамара? Что там дальше?
— Да ничего, — без настроения ответила она. — Я пошла на другую улицу, а он к Колосковым, вроде бы, подался.
— Вот молодец, по списку идет, — с довольным видом сказал директор. — Как дойдет до крайнего, так и поставит вот такенную точку, — он показал увесистый кулак. — Правда, мы с главбухом думали, что он ее на Горбунове поставил. Но, видно, промахнулись.
— А по какому списку он идет? — полюбопытствовала Тамара.
— Да это я так, о своем. Что он еще говорил?
— Еще?.. Что уезжать отсюда собирается.
Директор встрепенулся. Вот это новость! Неужели старый хрыч решил ему такую свинью подложить? Взялся за гуж и никуда не понес. И ведь ни слова не сказал, хитрец, когда о деле договаривались. Про здоровье что-то бубнил, про возраст, а о переезде — ни гу-гу. Зачем было мудрить? Ну признался бы, мол, так и так, уезжаю я от вас, не взыщите, мол, не серчайте. Но ведь промолчал. Ох хитрит что-то дед Петрович. Крутит, вертит, думает какую-то думку. Знать бы только, какую, чтоб в дураках не оказаться.
— И когда он уезжать собрался? — включил третью скорость директор.
— Не знаю, думаю, еще нескоро.
— А не надо тебе думать. Тут есть, кому думать.
Машина, ускоряясь, запрыгала по кочкам.
Глава 9
В РУВД Полынцев зашел перед самым обедом. В коридорах уже толпились сотрудники, собиравшиеся на встречу с гастритом в столовую. Перездоровавшись со всеми, а с некоторыми обмолвившись парой слов, он, наконец, добрался до кабинета № 209. За дверьми его скрипел противный голос Мошкина.
— Потом второй труп, потом третий и каждый раз — в раскопанных могилах. А по ночам туда приходит Гробокоп: огромный, страшный, в длинном, на шнуровке, балахоне с высоким треугольным колпаком. И без лица.
— Как это? — ахнула Инна.
— А вот так! Поворачивается он к тебе — а в капюшоне пусто!
Полынцев без стука распахнул дверь. Инна ойкнула, Мошкин, сидевший за столом напротив, вздрогнул.
— Ты обалдел, что ли — без стука врываешься?! — вскрикнула девушка, нервно поправляя прическу.
— Хамло, — поддержал ее былинный сказитель.
— Я слышу — в кабинете мужской голос, — оправдываясь, промямлил Полынцев. — Думаю, зачем стучаться: не переодеваешься же ты перед ним.
— Откуда ты знаешь? — съехидничала Инна. — Мало ли, чем я занимаюсь.
Мошкин посмотрел на него, как Донжуан на Квазимодо: «Ходят тут всякие».
— Ну, тогда дверь закрывайте, — потеряв настроение, развернулся Полынцев.
— Чего хотел-то? — уточнил сыщик.
— Забыл уже. Счастливо, не буду вам мешать.
— Ты сейчас куда?
— В столовку.
— А откуда?
— С завода. Внука искал.
— Нашел?
— Да. То есть, нет. В командировке он, в другом городе.
— В каком?
— Не узнал.
Полынцев только сейчас вспомнил, что забыл спросить у кадровика, куда именно уехал инженер. А если он находился в соседней области? А если мог легко приехать домой на выходные? Новый поворот в деле? Еще один участник?
— Понимаю — склероз, — прервал его размышления Мошкин.
— Склероз, — согласился Полынцев.
— Это тебя не красит. Опять версию провалил.
— При чем тут я? И кого я еще провалил?
— Ну, как же — вчера гробокопа упустил.
Глаза Инны загорелись.
— Ты его видел?!
— Ну да, — скромно кивнул Полынцев, заодно передумав разоблачать глупый рассказ коллеги.
— А как упустил?
— Погнался, и не догнал.
— Так ты за ним гнался?! — восхищенно захлопала ресницами Инна.