Такси прибыло через пятнадцать минут ожидания в лобби, и Кирилл отправился по уже знакомому маршруту с некоторыми изменениями.
Дорога заняла полчаса и, заблаговременно прибыв в офис по улице Carrer de Joan Güell, Левин присел у ресепшена, над которым красивыми каллиграфическими буквами было выведено названии фирмы «Melodía marítima», что по-русски значило морская мелодия.
Серафин был пунктуальным до хруста костей, поэтому ровно в назначенное время пригласил Кирилла к себе.
Секретарь внесла в переговорную чашки с прозрачным чайником чёрного кофе и маленьким чайником с чаем.
Во главе стола сидел мужчина в сером костюме. Область под глазами была изрезана глубокими морщинами. Седая удлиненная стрижка с чёлкой гармонично смотрелась с овальным лицом своего владельца; ухоженные длинные пальцы слегка тарабанили по столу. Во взгляде чувствовалось недовольство и равнодушие, отчего Кириллу стало сложнее начинать разговор.
Чувство неуверенности отразилось на его лице, и мужчина в костюме это заметил. Он встал и стал расхаживать по комнате, скрестив за спиною руки. Голова была опущена, а походка казалась отрепетированной годами раздумий.
— Итак, — начал он первым, и Кириллу стало намного легче, — сегодняшний звонок меня очень расстроил, — сказал он, — и не потому что он был связан с моей фирмой, а от того, что он был связан с моей фирмой и моими друзьями. Я не знаю, что вы задумали Кирилл, но знайте, если я узнаю, что вы как-то к этому причастны — сдеру три шкуры. — Взгляд его стал волчьим и напряженным, желваки запрыгали на лице. — Я не привык подавать людям руку просто так. Человек не обязан отдавать завоёванное другому.
— Не понимаю.
— Поймёте, — продолжил он. — Признаюсь, что вся эта ситуация кажется мне довольно странной. Роберто был моим другом и остается им, земля примет его тело, как я когда-то принял его дружбу. Его смерть меня покорёжила неожиданно. Я не осознал её до конца.
Серафин подошел к графину с чистой водой и налил её в стакан. Потом какое-то время смотрел в окно с двадцатого этажа.
— Как если бы я сейчас взял и спрыгнул из окна собственного офиса, так и эта встреча в Москве, кажется мне неразрешенной и чужой. Вы понимаете, о чём я сейчас говорю?
Серафин Родин повернулся к Кириллу, и тот увидел изучающий его взгляд — взгляд питона на кролика. Серафин заострил взгляд на лице Кирилла, а потом резко повернулся к каталонской панораме за окном.
— Да, — коротко ответил Левин.
— Я понимаю твою обиду тогда, когда я попросил тебя уйти из «ЯхтСтройТехнолоджис». Но и ты меня пойми, — Серафин неожиданно перешел на ты, — Виктор — достойный кандидат, я получаю хорошие отзывы о нём. А прошло столько лет, столько воды утекло…
— Послушайте, — отважился наконец Левин, я вас отлично понимаю. Он встал и стал тоже расхаживать по комнате, положив в свою очередь руки в карманы. — Родственник Ростислава, вашего друга, действительно, надежный человек в компании — и это даёт огромный потенциал в продолжении пути к совершенствованию его карьеры. Мой отец когда-то мне сказал: «Запомни, сын, не объёмы продаж усиливают адреналин в сердце, а доверие и любовь». Эти слова подзадорили меня относиться тогда ещё и к его бизнесу трепетно. Он когда-то владел небольшой сетью книжных магазинов… и я ему помогал.
— Молодость… — вздохнул Левин. — Вообще, когда свои люди принимают участие в правлении, это не может не сказаться на увеличении прибыли, и главное, на поддержании спокойствия высшего звена фирмы. Но вы же не будете отрицать, что СМИ могут раздуть из мухи слона, и всех собак сбросить на порядочную до сегодняшнего дня репутацию «ЯхтСтройТехнолоджис». Газетчики не оставят вас в покое, обвиняя во всех смертных грехах. И первый вопрос будет — почему вы не уволили генерального директора после инцидента. Что вы им ответите?
— Я им отвечу, что чертовски доверяю тому самому генеральному директору.
— Серафин, вы же предприниматель с рождения, у вас в крови выигрышные сделки. Эта ситуация убьёт ваш капитал! Кто купит яхту у того, в чьём офисе отказывает сердце?! Влиятельные люди не пойдут к человеку, который порос дурной репутацией.
Левин увидел нескрываемое сомнение на этот счет. Оно отразилось на лице Серафина легкой ухмылкой.
— Я исправлю расклад, — уверенность в голосе Кирилла возросла молниеносно. — У меня есть знакомый журналист, работает на газету «Московский предприниматель». Передовицы две недели будут шуметь рейтингом продаж «ЯхтСтройТехнолоджис». Но сменить руководителя надо! Хотя бы на время. — Кирилл изменился в лице. Глаза сияли от собственной речи, он почувствовал, что ситуация не так безнадежна, и только он — бывалый пират знакомых морей — приведёт свой корабль к искомым островам. — Дайте мне шанс! И я изменю ситуацию в обратную сторону. Смерть Касьяса станет рекламой!