Хорин рассказал, что тот работает «блогером» и журналистом, и подписывается исключительно псевдонимом — Лукас Белый. Наверняка, основной заработок получает через вполне приличную газету, но, по неизвестным причинам, нигде официально не трудоустроен. Вот и трудно его найти.
Крупные издательства не открывают сведений о собственных «инкогнито», подписывая статьи именем кого-то, официально на них работающего.
Некоторые издательства платят ему хорошие деньги за предварительно опубликованные статьи в интернете. Но организации всегда разные, и найти «рассказчика» так же сложно, как отыскать Пугачёву в московских ресторанах.
Но Хорин платил пять тысяч долларов за работу, и это не могло не оживить интерес к искомому объекту. Тем более, Лукаса видели в одном и том же кафе не раз.
Но кое-что ещё всё же не могло не раздражать Алексея. А именно то, почему Хорин не рассказал ему о подробностях дела. Что за конспирация? До этого он считал босса товарищем. Тот всегда излагал детали по работе ясно.
А тут… «Отыщи этого журналюгу и сделай всё, чтобы тот больше не писал о Жеребцове С.»
Алексей шёл по бульвару. Мимо проскакала полицейская лошадь. К седлу её была приторочена дубинка — черная, гладкая и визуально мощная. Алексей представил, как всадник борется с преступностью, не вылезая из стремян, и сходу сметает дубинкой попадающихся на его пути негодяев. Картина, надо сказать, пришла в голову яркая и отвлекла Алексея улыбкой.
Время было обеденное, и Алексей брёл в поисках Лукаса.
Кафе-бар, про который ему рассказали, расположился недалеко от центра Москвы.
В интернете Алексей прочёл, что там часто бывают журналисты. Атмосфера заведения отличается уединением и богатыми стеллажами книг разных тематик и направленностей. Сидеть можно на подоконнике, оборудованном специально под сидение, любоваться прохожими и внутренним двориком, читать те самые книги и вообще заниматься любым творчеством, если таковое связано с тишиной и покоем.
Это было белое угловатое фасадное здание, с выпуклыми плитами со стороны улицы. Дверь входная была чёрная и выделалась на белом фоне, как муха на снегу. Почти такие же белые, как и само здание, ступеньки поднимались в небольшом количестве к парадному входу. Над дверью красовалась изогнутая линиями коричневая вывеска с белым конём посередине — отсюда происходило и название заведения — «Белый Конь».
Внутри помещения народу оказалось так же мало, как и бывает обычно в это время суток в немногих кафе и барах Москвы. Самым недорогим обедом здесь служит так называемый на современный лад бизнес-ланч, но и он превышает среднюю стоимость других таких же ланчей по городу, поэтому и посетителей здесь немного.
Алексей сразу прошел к стойке, и, не ходя вокруг да около, показал изображение бармену, протирающему бокалы для вина. Тот посмотрел на фотографию и тут же отвёл глаза.
— Да, он был здесь, — сказал бармен, не отвлекаясь от процесса натирания стекла, — но я давненько его не видел. Хотя если он приходит не в мою смену, то могу и не знать.
Алексей подождал пару минут, пока бармен позовет официантку, которая работает в «Белом Коне» без выходных.
Но та не узнала посетителя. Уверенно добавив при этом, что всех здешних резидентов знает хорошо. А человек на фото к таковым не относился.
Разочарованию Алексея не было предела. Он и не представлял, как теперь искать этого Лукаса: ждать ли его тут сутками, опрашивать остальных посетителей и работников.
Надо было попробовать поискать в других местах, расположившихся поблизости.
С этой мыслью он вышел из «Белого Коня» и направился восточнее в поисках другого кафе-бара.
На пороге кафе «Медаль», которое соседствовало с «Белым Конём» неподалеку, он обратил внимание, что там кружит больше народа, судя по тому, насколько плотно стояли столы друг к другу внутри. Это Алексей заметил, ещё стоя снаружи, когда смотрел сквозь широкие и прозрачные стёкла здания.
Зайдя в кафе, он заказал себе латте и сел возле окна. Он решил почитать газету и немного расслабиться, потому что считал, что, по большому счёту, работа могла затянуться не на один день. Нужно было раздобыть хотя бы нормальную фотографию, потому что с этой он чувствовал себя ищейкой из западных фильмов. Даже как-то неудобно было при таком количестве народа спрашивать персонал о человеке с аляповатого фото. Стыдно из-за отсутствия опыта в таких делах.