Оказывается, наличие прямых, косых или закругленных букв свидетельствует о многом. Пишет ли человек мелкие буквы или, наоборот, крупные — графологи знают о том, как вычислить предрасположенность к тем или иным действиям.
Интересно то, что из пяти кандидатов, которые «смогут» продержать чужого ребёнка в неволе, один да нашёлся.
Психолог долго сомневалась в нужном кандидате, так как четыре совсем не подходили для того, чтобы молча выполнить задачу и забыть о ней раз и навсегда. Но Иван всё же оказался тем самым «негодяем».
Потенциальным.
Но и этого было достаточно. Лёгкий заработок, да и дело «не мокрое».
Всё, что от него требовалось, — это незаметное похищение ребёнка на машине без номеров и передержка его не более пяти часов.
Прошло десять…
Но наконец-то мальчика забирали, и после этого звонка Иван вздохнул с облегчением. За подругу он не волновался — знал, что та появится, когда успокоится. Даже был рад, что не пришлось прикладывать эфир к носу ребёнка самому.
В дверь позвонили. Иван увидел в глазок женщину — на ней был повязан платок, а в руках она держала детскую прогулочную коляску. Иван сразу смекнул, что к чему.
— Ты мой сладкий карапуз, — промурлыкала женщина и подхватила буквально спящего шестилетнего мальчика с пола прихожей. Всё это время он пролежал там. Ребёнок, несмотря на свой возраст, оказался тяжёлым, и Иван не мог не удивиться тому, что за ним приехала женщина. По правде сказать, его это мало интересовало, тем более что он выполнил свою работу — даже, можно сказать, переработал. Но тем не менее, возможно, это была его мать, и мало ли по какой причине понадобился весь этот цирк — вмешиваться в это не входило в обязанности мужчины.
Женщина сама усадила мальчика в коляску и пристегнула ремнём в области живота. Каково же было удивление Ивана, когда он увидел ещё один ремень, приделанный на уровне плеч ребёнка. Им она пристегнула, чтобы ребёнок сидел ровно и выглядел спящим.
Сверху она накрыла его голубым одеялом в белую клетку так, чтобы второй ремень не был заметен. Не сказав более и слова, она удалилась к лифту, продолжая говорить ласковые материнские любезности:
— Уснул мой мальчик, уснул мой принц.
Когда женщина спустилась на грузовом лифте к ожидающему её чёрному джипу, она сама развязала мальчика и уложила его на заднее сидение. Кто-то, проходя мимо, слышал, как она говорила:
— Сейчас мы доедем домой, и ты ляжешь в свою кроватку.
28.
Если кто-то лижет тебе подошвы,
прижми его ногой, прежде чем он начнёт кусаться.
Поль Валери
Сергей Хорин сидел в своем любимом кресле-качалке и пил апельсиновый сок. Он покачивался из стороны в сторону и читал не самую презентабельную газету, но, тем не менее, достаточно почитаемую средним классом людей. Раньше он таких газет не читал и даже представить себе не мог, что каждое утро начнёт покупать эту жёлтую прессу. Он отлично понимал, что дыма без огня не бывает, и что даже в самой неправдивой статье найдутся реальные подоплёки.
Но в жёлтой прессе все было преувеличено, дабы казаться скандальным и эпатажным. Вот и сейчас он читал про нецензурные, как ему казалось, отношения детей первых лиц государства.
Взгляд скользнул ниже, и перед глазами возникла новая статья: «Любовница Жеребцова больна раком».
Чуть не подавившись от прочитанного, он схватился за телефон и набрал номер, по обыкновению записанный им на листочке. Но звонок перехватили, и вместо исходящего вызова Сергей увидел входящий. На дисплее высветился номер и имя Екатерины Шемякиной. Выдув из себя лихорадочный темп сердцебиения, Сергей ответил в надежде, что та звонит совершенно по другому вопросу и ещё не видела выпуска газеты «Жизнь и штучки». И если это так, то Господь дает ему явный шанс, — он лично поедет к её дому и выкупит все экземпляры этой чёртовой газеты из близлежащих ларьков.
«Сколько их там: 2–3 десятка…?»
А может быть, она звонит совершенно по другому вопросу. Что было бы чудом…
Но чуда, как и предполагалось, не произошло.
— Как такое возможно!? — буквально взревел голос на том конце трубки. — Как эти безжалостные журналисты узнают обо мне? Я ни с кем не общалась!
Прошу вас!
Помогите мне избавиться от этого позора!
Сергей вздохнул. Самые негативные последствия взятого им дела, мягко говоря, вводили его в тупик.
— Мы ищем журналиста, который причастен ко всему этому, ищем. Нам трудно, но мой человек обошел уже весь центр Москвы — и это только начало.