— Я знаю, что ты сделала с Мэдисон, — продолжала Верховная, — это преступление против Ковена, но вместе с тем — доказательство того, насколько окрепли твои силы. Лэнгдон уничтожил эту планету, но ты сможешь возродить ее обратно. Антихрист не способен создавать и дарить жизнь, он может только разрушать, и это — не твой путь.
Мэллори закричала и с усилием вытолкнула Корделию из своей головы.
Со злостью вылетев из кресла, девушка громко направилась к Лэнгдону. Черта с два она даст ему умереть, пусть Корделия хоть вся изойдется!
— Майкл! — рявкнула Мэллори, вломившись в его кабинет, открыв дверь с пинка.
Лэнгдон сидя за столом вздрогнул и с недоумением уставился на девушку.
— Ложись на стол, — мрачно добавила она и подойдя ближе, сгребла ноутбук и всю мелочевку, что там лежала, освобождая пространство.
— Мне стоит спрашивать зачем? — усмехнулся Майкл вскинув брови.
Выражение лица у Мэллори было таким, что Лэнгдон решил — сейчас с ней спорить было небезопасно.
Медленно поднявшись из кресла, Майкл неуверенно присел на край стола, не вполне понимая, чего ведьма от него хочет.
Мэллори надавила ему на плечо и толкнула вперед, заставляя принять горизонтальное положение.
— Да что происходит? — снова спросил Майкл глядя в ее встревоженное лицо.
Нахмурившись, Мэллори прижала ладони к груди антихриста, прямо над его сердцем. Закрыв глаза, она глубоко вздохнула. Тепло заструилось по ее пальцам.
Мэллори радостно выдохнула, когда заметила, что к побелевшим прядям стал возвращаться золотой цвет, а в тело Лэнгдона будто снова возвращались жизненные силы. Но стоило ей отвести руки, и все стало как прежде.
— Что? — испуганно спросила Мэллори, не решаясь поверить своим глазам, — почему это не помогает?
Майкл молча наблюдал за ее попытками, и чем больше отчаяния появлялось в ее глазах, тем больше он осознавал, что на самом деле происходит.
Когда Мэллори снова потянулась ладонями к его груди, он обхватил ее запястье.
— Я умираю? — спокойно спросил Лэнгдон, неотрывно глядя в глаза ведьмы.
Девушка подняла на него взгляд. Она могла ничего не отвечать словами, боль в ее глазах говорила сама за себя.
— Что ж, это много объясняет, — почти равнодушно улыбнулся Майкл, — и какое же участие в этом приняла ты?
Мэллори вздрогнула. Лэнгдон выглядел предельно спокойным, но она чувствовала идущую от него угрозу.
— Я не… — пробормотала девушка, глядя в холодные голубые глаза, — я ничего не знала, правда…
— Серьезно? — спросил Майкл, приподнимаясь на руках и садясь на край стола. От ледяного тона его голоса Мэллори становилось не по себе.
— Это был план Корделии, а не мой! — нервно воскликнула девушка, — я и понятия не имела, что она на такое способна.
— Способна на что? — прошипел Лэнгдон.
Мэллори хотелось попятиться назад, но Майкл поднялся со стола и схватив рукой ее за шею, притянул к себе.
— Она хотела, что бы мы., — сдавленно сказала девушка, чувствуя, как пальцы все сильнее сдавливают ей горло, — чтобы ты…
Ведьма боялась произнести вслух то, что он ожидал услышать. Особенно сейчас, когда он с легкостью мог ее задушить.
— Говори, — тихо произнес Лэнгдон безжалостно глядя, как глаза девушки заволокло слезами.
— Она знала, что ты не сможешь меня убить и что произойдет после этого, — слеза скатилась с щеки и коснулась пальцев Майкла, что стискивали ей горло, — она хотела, чтобы это произошло, потому что… потому что только так, она считает, сможет уничтожить тебя.
— Любопытно, — ядовито улыбнулся антихрист, — ну и как оно было?
— О чем ты? — шепотом спросила Мэллори.
— Стоит отдать тебе должное — я даже почти поверил, — Лэнгдон все еще насмехался, но девушка видела, что в его глазах промелькнула боль, — как увижу Корделию, скажу спасибо за билеты в первом ряду, представление просто отменное!
— Майкл! — с отчаянием закричала Мэллори, пытаясь достучаться до его рассудка, — Да пойми же ты!..
— А еще, мне кажется, теперь я знаю, как все вернуть обратно, — добавил Лэнгдон игнорируя слова девушки, — всего одна небольшая черная месса, на которую я с удовольствием тебя приглашу.
Девушка побледнела, увидев как хищно сверкнули его глаза.
— Что, опять попытаешься меня убить? — с горькой усмешкой спросила Мэллори.
— Нет, — мягко протянул Лэнгдон, — зачем мне тебя убивать, когда я могу тебя использовать в куда более приятных целях?
— Ты не станешь этого делать, — дрожащим голосом сказала ведьма, понимая, к чему он клонит, — я знаю, что ты сейчас злишься и ничего не хочешь слушать…
— Я слушал уже так много, что меня тошнит! — рявкнул Лэнгдон ей в лицо, — Ты останешься здесь живой до тех пор, пока мне это не надоест! Если считаешь, что у меня не хватит духу тебя изнасиловать, то ты ошиблась… а что до черной мессы — пожалуй, я наугад выберу одну из ведьм, вырву ей сердце, а тебя заставлю на это смотреть.
Майкл уже перестал себя контролировать. Злость на Мэллори, на Корделию и всех вокруг, захлестнула его с головой. Наконец-то все встало на свои места. Ведьма лишь хорошо исполняла свою партию в пьесе, а Корделия ее бессменный режиссер-постановщик. Они едва не загнали его в могилу, но теперь он знал, что ему нужно делать. Он ощущал, как где-то внутри него темным клубком разрастается энергия, ненависть возвращала ему силы.
Глядя сейчас в заплаканные глаза Мэллори, он не чувствовал жалости, только злость и острое желание, чтобы ей стало настолько же больно, как сейчас было ему. Его жгла обида и уже знакомое чувство, что его в очередной раз предали. И еще хуже было от того, насколько глубоко он успел себя закопать в эту иллюзию. Но теперь он заставит ведьму за это заплатить. Он не знал, насколько добровольно она все это время раздвигала перед ним ноги, но теперь ей придется это делать, даже если она не захочет. А когда он убедится, что сломал ее окончательно, то отправит в ад первым же рейсом.
Почти задыхаясь, Мэллори смотрела на вновь помолодевшее лицо антихриста. Холодный, расчетливый взгляд красивых глаз не сулил ничего хорошего.
— Тебе правда проще поверить, что я врала тебе все это время, чем в то, что тебя может хоть кто-то любить? — тихо спросила Мэллори впиваясь пальцами в руки, что сжимали ей шею.
Эти слова покоробили Лэнгдона и еще больше обозлили. Отведя руку в сторону, Майкл отшвырнул девушку на пол.
Мэллори упала больно ударившись коленками.
— Ты просто идиот, Лэнгдон! — со злостью крикнула она, — Раскрой глаза! Неужели ты правда думаешь, что я все это могла изображать специально?! Да меня даже в школьную постановку на роль трупа Офелии не взяли!
Даже если в закоулках сознания Майкла еще пытался пробиться светлый лучик надежды и веры в ее слова, его давило и душило нечто темное. В чем-то Мэллори определенно была права — он предпочитал брать за истину то, к чему больше привык, чем пытаться подстроиться под что-то неизвестное и новое.
Криво улыбнувшись, Лэнгдон подошел к девушке, что все еще лежала на полу, и грубо схватив за локоть, дернул наверх, заставляя встать на ноги.
Когда он потянул ее куда-то за собой, Мэллори показалось, что он ей сейчас руку вывихнет.
— Да постой же ты! — кричала девушка, все еще надеясь вытащить из его упрямой головы здравый смысл.
Мэллори не могла понять, куда он ее тащит. Они не выходили за границы крыла, где находились апартаменты антихриста, но в этой части она еще никогда не была. Узкая лестница вела глубоко под землю, и ведьме казалось, что она сейчас насмерть навернется на крутых ступеньках, по которым ей приходилось практически бежать.
Как же ей хотелось сейчас огреть Лэнгдона чем-нибудь тяжелым, чтобы у него мозги на место встали!
— И что теперь? — устало спросила Мэллори, когда Майкл впихнул ее в какую-то темную комнату, что находилась за лестницей, — посадишь меня на цепь и будешь приходить насиловать пару раз в день?