— Если бы мы знали, — на выдохе протянул Яр.
— Если бы… — подхватил Ребой.
На верхней палубе послышался топот сапог команды лысого старпома. Его голос нельзя перепутать ни с чем другим. Через мгновение они уже ввалились в комнату. Грязные, в рваных одеждах, пропахшие насквозь потом и морем, их было около двадцати, и все, как один, улыбались во весь свой гнилой рот, выставив вперед оружие.
— Капитан уронил свечу, и она погасла, — с ехидной улыбкой заявил старпом, — вам пора, пройдемте.
«Чёртовы пираты» — у всех пленных скользнула и растворилась эта мысль.
Они не стали сопротивляться. Да и зачем? Да, возможно, они бы и смогли перебить всю команду и капитана, а что делать дальше? О корабле они знали только то, что у него есть штурвал. О месте, где они находятся, только то, что они где-то в море или океане. Сопротивляться было бессмысленно. Одни бы они не выбрались из штиля.
— О, — закудахтал капитан, — неужели вы решили все мне рассказать, это так трогательно, я уже начал было сомневаться в вашей честности и готовился к бунту с вашей стороны, но все обошлось… Для вас, — капитан залился громким хохотом, который вскоре поддержала вся его команда, находившаяся на верхней палубе, — пока обошлось, — капитан сощурил глаза и блеснул золотым зубом.
— Итак, я жду ответы на вопросы, живо! Отвечайте! Ах, не хотите, ладно, — капитан расплылся в улыбке, — Ча-Чак!
Старпом понял все без лишних слов, рванул на себя Рези, ударил по лицу, потащил за собой. Линд было рванулся на выручку, но его тут же огрели по затылку чем-то тяжелым, и он медленно стек на палубу.
— Готовьте мостик! — рявкнул старпом, толпа восторженно заорала.
В мгновение ока раскачивающийся эшафот был готов. Команде здорово осточертел этот штиль, и они залихватски поддерживали любые перемены, особенно если это касалось чьей-нибудь казни. Давненько они уже не занимались порядочным разбоем, но не особо жаловались, ведь капитан мастерски проводил денежные спекулятивные махинации, и ни один разбойник не оставался без выпивки и женщин в портовых корчмах.
— Капитан! — заорал дозорный с мачты, — С севера приближается что-то!
Капитан подскочил к борту корабля, достал подзорную трубу и уставился в направлении вытянутой руки дозорного.
— Пленников в трюм! Живо на весла! Готовьте шлюпки! Право на борт! Шевелитесь, крысы помойные!
Корабль ожил, все забегали, пленников бросили в трюм, но совершенно забыли про Рези, которая связанная вцепилась мертвой хваткой в мостик.
— Быстрее, сукины дети! — орал капитан.
— И раз! И раз! — отсчитывал квартирмейстер на нижней палубе.
— Что это за дьявольщина, — спросил Ча-Чак, подойдя к капитану.
Это нечто уже было можно разглядеть невооруженным взглядом. На бешеной скорости на них мчалась скала, точнее множество скал, поочередно появлявшихся из воды, с ревом разрывая мертвецки тихую морскую гладь.
— Это морской червь, — спокойно промолвил капитан, — я думал, что это только легенды, червь, разрывающий море и уничтожающий все на своем пути. И на его пути встали мы… Быстрее в шлюпку.
Они рванули к шлюпкам. Уже вся команда могла наблюдать легенду воочию. И эта легенда направлялась прямо на них, неся за собой смерть. Команда запаниковала. Гребцы бросили весла и выбрались на верхнюю палубу.
— Все за борт! — заорал кто-то и прыгнул с корабля.
Никто его не поддержал, все как будто были зачарованы, и не могли оторвать взгляд от приближавшейся колесницы смерти. Она была и прекрасна и ужасна одновременно. Идеально гладкие и такие же острые зубья скал мерцали на солнце, мокрые от морской пыли. Вода под кораблем вскипела.
— Быстрее, вместе! — командовал капитан, гребя в паре с Ча-Чаком прочь от «Беглеца».
— Мне будет его не хватать, — неожиданно сказал старпом.
— Засунь в жопу свои сантименты — всего лишь корабль, найду новый и придумаю новую легенду о нем.
Не успел он договорить, как червь налетел на корабль и раздробил его на мелкие щепки. Воздух наполнился криками и древесной пылью. Люди попадали под смертоносные зубья, превращаясь в порошок. Некоторым удалось оказаться в стороне и лишь отсрочить неизбежную гибель. Червь остановился, подняв из воды свою морду, резко выпрыгнул из воды и с грохотом вернулся обратно, зарывшись в морское дно.
Крики стихли, море успокоилось, снова равномерно играя бликами солнца. Снова штиль. Снова палящее солнце. Как будто и не было здесь никого и никогда.
— Какая ирония судьбы! Крысы первыми бегут с корабля, но когда корабля не становится, они становятся героями и очевидцами страшных явлений этого невероятного мира! Ведь уже некому рассказывать, кто был крысой, а кто львом, если в живых остались только крысы! — капитан громко засмеялся, — воистину крысы — самые умные существа!