Яр по пути домой зашел в магазин, где на кассе его обсчитали, а когда он это заметил, его попросили удалиться, после отказа удалили с помощью специально обученных людей. Злой и обиженный на весь этот прогнивший мир он шел и пил сок, а мысленно слал проклятья каждой продажной инстанции, всем тем людям, которые не хотят, а вернее уже не могут, жить по совести и лишь раннее, жаркое, летнее солнце дарило надежду на перемены. Он подошел к своему дому, как и всегда его ящик и лужайка были заброшены предложениями о покупке дома.
— Горите синим пламенем, треклятые торгаши, — с ненавистью в голосе сказал он и стал собирать бумажки. — Хотя будет и с вас прок, спасибо за бумагу, буду печку ей топить.
С охапкой бумаг он поднялся на крыльцо, дверь заскрежетала, шестеренки завертелись, засовы отворились, он вошел домой и выдохнул, руки его разжались и все бумаги выпали.
— Мой дом — моя крепость! — произнес он и закрыл дверь.
Довольный тем, что он снова в своей прекрасной обители, и все невзгоды остались вне ее, он расслабился и с улыбкой побрел в зал, чтобы отнести бумагу к печке. Он зашел в зал и увидел двух мужчин в черных похоронных костюмах, хотел было бежать, развернулся и тут же врезался еще в одного. Численный перевес с атакующей стороны. На его лице не было страха, лишь боль и разочарование, что теперь его святая обитель опорочена, и больше не осталось для него святых мест на этой бренной земле. Его скрутили, надели мешок на голову, связали руки, вкололи усыпительное. Он ни проронил ни слова, не сопротивлялся ни на миг.
— Это точно он? — спросил один похититель другого.
— Точно.
— Странно, даже не сопротивлялся, как будто знал, что мы за ним придем.
— Не бери в голову это точно он — Яр Белорукий, сын Бахадира, грузи его и поехали.
Глава 27
Подгорный город вальдау
Рези оказалась права, пока они морозили зад на голых камнях, Яр нежился в белых простынях на мягкой перине. Его поселили в самую верхнюю комнату центральной башни, хотя под землей верхние и нижние этажи весьма относительны. Если считать от центра земли, то да, на самом верхнем этаже, если же считать от уровня земной поверхности, то в точности до наоборот. Яр пока еще не понял или не вспомнил чем обязан такому теплому приему от главного военачальника самого крупного повстанческого центра. Однако он узнал имя военачальника, что в значительной степени облегчало общение с ним и сняло некоторые подозрения, ведь было бы крайне подозрительно, что столь высокий гость не знает даже имени своего боевого товарища. Военачальника звали Феанор. Добрейшей души вальдау, не понятно, как он в принципе мог стать солдатом и, тем более, военачальником. Большой, постоянно улыбающийся сквозь густую бороду и усы, вечно подшучивающий над стражниками, казалось, что в лучшем случае он может возглавить отряд кондитеров, нежели грозную армию вальдау. Однако действительность была иной. Среди солдатни ходило бесчисленное количество баек и историй, некоторые приукрашены, некоторые и вовсе выдуманы, но всех их объединяло одно. В пылу битвы Феанор часто терял голову и под крик, разрывающий облака, он сбрасывал свои доспехи, оставляя только наручи. Воплощение настоящего ангела смерти, истинный берсеркер из древних легенд. Сейчас же он больше походил на захмелевшего корчмаря. Сразу после входа под гору они разделились со стражниками, несшими пленников в темницу. Феанор же повел своего товарища проводить экскурсию по подземному городу, что было очень кстати, Яр ничего не знал об этом месте, как бы ни пытался показать обратное. Они долго шли по узкому тоннелю, да, в случае осады, эту крепость взять будет невозможно, в узком проходе каждый защитник крепости будет приравниваться к сотне нападающих. За время пути им трижды отворялись разные крепостные ворота: из камня, из металла и внутренние из дерева с дублирующей решеткой. Яр надеялся, что за деревянными воротами уж точно откроется нечто такое, от чего челюсть упадет на пол, но всем его ожиданиям не было суждено сбыться. За последними воротами была лишь только очередная развилка. Как сказал Феанор, три из четырех ходов вели прямиком в казармы и в случае внезапного нападения, вероятность которого ничтожно мала, неприятели точно наткнутся на казарму вооруженных до зубов горняков. Феанор повел Яра во второй с права ход, оттуда приятно тянуло сыростью вперемешку с грибным супом. Как и следовало ожидать, ход был длинный с множеством отворотов, но Феанор не счел нужным о них рассказывать. Это значило, что-либо там ничего нет, либо там есть слишком много, о чем говорить не следует. Так или иначе, они продолжались двигаться вперед, и вскоре погибшие ожидания Яра вновь воскресли и оправдали себя. Да, это было воистину монументально и богато. Огромный грот — сюда бы с легкостью могло поместиться несколько Варл вместе с предместьем. Стены грота были сплошь в янтаре, падающий на них свет причудливо отражался по всему своду, преломляясь и искажаясь, создавая впечатление медного улья. Вдоль стен тянулись широкие спиральные тропы, уходящие в темные тоннели горы. В центре грота был высечен из камня настоящий дворец, но в отличии от стен он отдавал холодным серебряным светом. Феанор сказал, что дворец построен в месторождении высокосортного серебра. После всех событий таким образом было решено поднять моральный дух жителей. Власть имущие вальдау думали, что, построив город в месторождении дорогого металла, они смогут показать народу, что они, народ, не сломлен и даже в самые темные времена они способны творить настоящие произведения искусства. У дворца было множество высоких башен, которые соединялись с второстепенными, верхними тоннелями висячими мостами, если посмотреть вверх, то можно было представить, что мы в логове огромного паука. В этих башнях были установлены лебедки, которые поднимали и опускали грузы и горняков на разные по высоте уровни грота. Система механизмов была устроена так, что даже маленький ребенок, крутя ручку лебедки, с легкостью мог поднять с десяток солдат на самый верхний уровень. Главное тело дворца было выполнено в форме усеченного конуса, на вершине которого была обустроена сторожка для контроля за всеми ходами. Нельзя было точно сказать сколько этажей в этом здании, окна были повсюду и на разных уровнях, объединяло их только то, что все они были обрамлены серебряными самородками. Из дворца, через подвалы уходило еще несколько эвакуационных тоннелей, куда они вели — неизвестно, но судя по названию, вели они в безопасное место. По одному щелчку пальцев Феанора, главные ворота дворца отворились. Да, внутри дворец выглядел еще более величественно, чем снаружи. Бесчисленное множество утонченных элементов декора, казалось бы, откуда у грубых и неуклюжих вальдау может быть такой изысканный вкус и ремесленники такого высокого ювелирного мастерства. Для Яра стало откровением, что это был не дворец в традиционном понимании этого слова. Во дворце, как правило, живет королевская семья, слуги и приближенные. Здесь же жили все вальдау, которые находились под горой. Это большой муравейник в горе, обжитой, теплый и уютный. После увиденного можно было смело предположить, что план власть имущих вальдау о поднятии духа жителей удался. Даже нищий пьянчуга в пятом поколении поверил бы, что он королевских кровей, если бы жил в этом, без преувеличения, храме.