Небо по-прежнему пялилось на меня и на воду. А я лежала лицом вниз в мокрой траве. Не пахло ничем. Вскоре я все-таки заставила себя и, пошатываясь, слезла с островка в грязь. Надо было идти. Потому что если не идти, мысли прибивали вниз к воде и становилось совсем до слез. Пусть и не было его, времени, но даже того, чего не существовало для меня здесь, тратить на тоску не хотелось.
Чтобы веселее было идти, я стала создавать плавучие дома на болоте. Островков было много и на каждом из них появлялись разноцветные чудные дома. Жители отворяли двери и выходили ко мне на встречу, кланяясь низко, и знаками приглашали к себе в гости. Но я улыбалась. Представляла себе, что я королева возвращаюсь в свою крепость после победной войны, а это мои верноподданные. Для них лишь один взгляд на свою королеву был подобен празднику, и я шла и раздавала свои улыбки, царственно поворачивая голову налево и направо. Чтобы это было больше похоже на правду, я старалась идти прямо и степенно, словно на мне лежала мантия и корона. Со стороны это выглядело ужасающе нелепо, но мне казалось, что именно так я и должна идти по чавкающему болоту.
Когда плавучая деревня почти закончилась, из последнего дома, что с краю стоял, вышла невиданной красоты женщина. Она улыбнулась мне и подошла ко мне. Ты спала, спросила она меня? Ну да, ну да, конечно, спала, сама себе поспешила ответить на вопрос. Ты ведь видела его, не правда ли, задала она новый вопрос и с любопытством уставилась на меня. Я закачала головой в знак согласия, так как говорить я разучилась, а сном, где я умела говорить, как я понимала, это вовсе не было. Меня совсем не удивило ее появление. Мне было известно, что в том доме она ждет меня. Она взяла меня под руку, и мы вместе продолжили путь по болоту. На ней было чистое желтое платье, а ее волосы были уложены в диковинную прическу. Ноги, обутые в изящные туфли на шпильках лишь едва касались воды, не погружаясь в тину, как мои. Она была в два раза выше меня.
Женщина начала рассказывать мне о птицах, которые улетели из этой местности двести лет назад, и о рыбах, которые тоже жили когда-то в этом болоте. И болото на самом деле когда-то было не болотом, а морем. Настоящим соленым морем. В его глубинах много лет степенно плавали гигантские электрические скаты. Потом его вытеснил ледник, тот самый. Женщина сказала, что верхний ледник у всего живого забирает часть, это его пища, за счет таких как я он и живет. Потом она спрашивала, больно ли мне, что с моей кожей, руками и ногами, цела ли я и не устала ли я. На все ее вопросы я только качала головой в ответ.
Она сказала, что осталось уже недолго. А потом продолжила рассказ о птицах, которые улетели в неизвестном направлении. У них были огромные крылья и крепкие клювы. Они могли поднять и перенести человека запросто в любое место, куда бы тот не пожелал. И когда птица брала человека в свои лапы, они становились единым целым. Мысли птицы перетекали в человека и наоборот. Как кровь циркулирует по кровеносной системе, питая тело, так мысли, умения и знания перетекали по таинственным каналам общего тела человекоптицы и питали его необычной силой. В какой-то момент они могли меняться местами. Человек мог стать птицей, а птица – человеком. Они расставались обменявшись сущностями, а потом, встретившись вновь, возвращали старый порядок. Обмен мог произойти только в момент полета. И люди и птицы знали свою землю как свои тела и души, потому что наблюдали и изучали ее во время полета. Эта связь требовала огромных физических и психических сил от обоих, поэтому полет случался не каждый день. Но он давал бесконечное ощущения свободы, всезнания и всесилия. Птицы и люди знали это и жили бок о бок до тех пор, пока не пришел ледник и не прогнал всех. Люди исчезли. Птицы улетели.
Тут женщина прервала свой рассказ и, порывшись в сумочке, достала зеркальце. Она вертела им и так и сяк, словно ловила в этом тоскливом краю солнечный луч. Вскоре что-то отдаленно похожее на блик мелькнуло на его поверхности. Я озадаченно смотрела что будет дальше. А женщина радостно взвизгнула, когда через некоторое время целый столб света вырвался из зеркальца ее руках. Он пронзил свинцовое небо, разрезал его, словно ножом. Тучи над нами разошлись, и открылась невероятная картина. Огромные птицы парили в воздухе. В лапах этих гигантов можно было разглядеть нечто похожее на человеческое тело. Несомненно! Люди и птицы вместе парили в небе!