– Вона, оно что. Слышал я про то, что он к кому-то тут ездит, Валя говорила. Только знаете… – Валера помедлил. – У него ведь, кажется, невеста есть в Ростове. Я это вообще-то не от него, а со слов его друга знаю, но за что купил, за то и продаю, – Валера несколько смутился. Ему хотелось и своей бывшей учительнице быть полезным и Малышева «подставлять» неудобно. Но вышло, как вышло.
Ольга Ивановна поняла состояние Дмитриева и поспешила его успокоить:
– Не бойся, я про это никому ничего не скажу. Просто девочку предупрежу, но на тебя никогда не сошлюсь. Спасибо Валера… Ладно, не буду больше тебя задерживать. Вон ваши школьники уже все вышли. И это, Валера, не забудь насчет елки, – решила и об этом напомнить Ольга Ивановна.
– Так точно, не беспокойтесь, не забуду. И для школы срублю и вам лично тоже елочку привезу, – заверил Дмитриев, уже привычным жестом бросив ладонь к виску.
– Ну, Валера ты и действительно совсем служивым стал, – рассмеялась Ольга Ивановна.
– А как же, куда ж от природы денешься. Мой-то прадед из рекрутов, за верную службу царю и отечеству землю тут получил. Вот и я служу, может чего и выслужу… Извините, ехать пора, а то ведь машине сегодня еще один рейс успеть сделать надо, женщин на родительское собрание привезти, – Валера прервал разговор, видя что уже все школьники заняли свои места в будке.
13
Родительское собрание – это нервотрепка прежде всего для учителей-классных руководителей. Ввиду того, что Ольга Ивановна была лишена «высокой чести» руководить классом, она в последние годы уже не переживала за явку родителей, возможные эксцессы в ходе собрания и спокойно сидела в учительской, «подбивая» журналы. В это время остальные учителя, в подавляющем большинстве женщины, дружно подошли к окну.
– Машина с воинской части приехала, «воячек» привезли, – кто-то прокомментировал то что происходило на школьном дворе.
«Воячки», так в поселке за глаза именовали жен военнослужащих с «точки».
– Эй, Лен, старшим-то твой лейтенантик приехал! – это уже относилось к молодой «англичанке» Елене Михайловне.
– Ишь ты, Ратникова выползает… Бедный лейтенантик, такой кобылище слезть помогает. Это ж ему сколько сил потратить надо. Лен, на тебя не останется ха… ха…ха, – в учительской возник дружный ернический смех, тут же впрочем и смолкший, ибо все внимание женщин-педагогов вновь оказалось приковано к Анне Ратниковой.
– Глядите, да у нее опять новая шуба. Вот это да, я такой еще не видала! – забыв обо всем, женщины прильнули к окну.
Достоинства очередной шубы, которую жена командира дивизиона впервые одела для выезда в «свет», что в описываемом конкретном месте олицетворял проселок Новая Бухтарма… Так вот, основное достоинство той шубы заключалось в том, что она буквально облегала верхнюю часть пышной фигуры подполковничихи, и была приталена. Мех смотрелся черным, но не совсем, а с каким-то синим отливом и блестел как у ухоженной домашней кошки. Наряды Ртниковой всегда вызывали повышенное внимание поселковых женщин, особенно в последние годы, когда в местных промтоварных магазинах и даже на базе ОРСа перестали появляться импортные и более или менее качественные отечественные товары. Женщины особенно остро страдали от дефицита промтоваров. Для того чтобы более или менее прилично одеться, приобрести сносного качества косметику, надо было очень далеко ехать. Даже в Усть-Каменогорске «выбросы» качественных промтоваров в 80-е годы случались крайне редко. Потому, снабжавшимся значительно лучше через систему Военторга, военным естественно завидовали и такие вот приезды женщин с «точки» всегда становились предметом обсуждения. В первую очередь поселковые женщины любили «перемывать кости» командирше. Её здесь уже давно знали, к тому же она, вне всякого сомнения, была самой видной изо всех «воячек», затмевая даже молоденьких лейтенатш. Впрочем, здесь все объяснялось довольно просто – за офицеров год от года все реже выходили красивые, образованнее, домашние девушки. Сказывалось снижение «рейтинга» офицеров как потенциальных женихов. Уже не срабатывал фактор ни более высокой зарплаты, чем у гражданских, ни лучшего снабжения. Эти «плюсы» не перевешивали «минусов»: тяжелых бытовых условий жизни военнослужащих, и неспокойной, ненормировнной работы-службы. Но Анна Ратникова относилась к тому поколению, когда офицер был еще в цене, когда за них шли лучшие девушки.
Зная, какое внимание привлекает именно она, Анна всегда, когда выезжала в школу на родительские собрания, имела целью не только получение информации об учебе и поведении своих детей, но и что называется, удовлетворить естественную женское желание – себя показать, услышать краем уха завистливые перешептывания местных баб. Почти в каждой женщине присутствуют в большей или меньшей степени эти два естественных качества – кокетство и стервозность.