На комкора Анна смотрела просто, без заискивающей улыбки, которую Агеев привык наблюдать у жен своих подчиненных, которые наблюдал и здесь, во время обхода квартир. Анна же явно видела не всесильного начальника мужа, а интересного мужчину, сделавшего головокружительную карьеру. Ей тоже бросилась в глаза молодость и не провинциальная холеность нового командира корпуса.
– Как торговля идет? – с особой интонацией, с которой обычно галантный, воспитанный мужчина обращается к импонирующей ему женщине, спросил Агеев.
– Спасибо, неплохо. У меня ведь здесь нет конкурентов, – улыбнулась Анна.
«О да она, кажется, и не дура, и это при таком лице и потрясающих формах – большая редкость», – отметил про себя комкор. Своим видом и приятным голосом женщина отвлекла его от невеселых раздумий, и настроение пошло на поправку.
– А вообще, как вы тут живете… Анна Демьяновна, кажется вас зовут, если не ошибаюсь? Какие заботы, просьбы?
– Не ошибаетесь. Спасибо, жаловаться грех, все нормально. Единственно, если вам не трудно, обяжите нашего начальника тыла, или политотдел полка более тщательно контролировать выделяемые в полковом Военторге дефицитные товары для «точек», особенно промышленные.
Анна просила, но просила в своей обычной манере, так будто делала одолжение, и, странное дело, комкор как маленький клерк засуетился, достал блокнот и с готовностью спросил:
– А в чем конкретно дело, я чем могу обязательно помогу, – хотя мог всего лишь кивнуть как в случае с матами для спорт уголка.
– Нас, продавцов с «точек», постоянно пытаются обмануть, несправедливо распределяют дефицитные товары, иногда их просто припрятывают. Ругаться и требовать фактуру бесполезно…
Анна не стала говорить, что тот «дефицит» через «черный ход» перепродается с переплатой гражданским «денежным» особям. Но и того, что сказала, оказалось вполне достаточно.
– Не может быть, не правда! – чуть не взвился начальник тыла, покраснев как вареный рак.
Боярчук ожидал неприятностей, упрёков за состояние казармы, столовой, свинарника, овощехранилища… но только не со стороны «магазина». Заметно смутился после слов Анны и Нефедов – он был в доле с Боярчуком и имел свой «навар» от торговли с «черного хода». На слова Боярчука Анна лишь снисходительно скосила в сторону начальника тыла свои подведенные глаза.
– А вы помолчите, товарищ майор! – впервые за все время посещения дивизиона повысил голос Агеев. – Потрудитесь проверить поступивший к вам сигнал и доложите мне лично.
Анна не стала окончательно портить отношения с «тылом» и не поведала, что этот «сигнал» она подавала уже не один раз, зато высказала просьбу касательно ремонта помещения магазина, и замены отопительных батарей. Все было аккуратно записано в «высочайшую» записную книжку, к полному ужасу Боярчука.
– Если еще какая нужда возникнет, Анна Демьяновна, выходите по телефону прямо на меня, мое имя отчество Николай Васильевич, чем могу помогу, – снова заверил комкор.
Совсем не об этом собиралась говорить Анна с комкором. Она хотела просить перевода мужа, рассказать как тяжело жить даже в частичном отрыве от цивилизации, большой жизни, без общепринятых городских удобств, в маленькой двухкомнатной квартире с двумя уже немаленькими детьми… Но увидев, насколько молод и неловко-растерянно оглядывается вокруг полковник, она устыдилась просить этого мажора, баловня судьбы о помощи. В том, что муж ни о чем просить не станет, а то его ночное обещание, не что иное как минутная слабость, она не сомневалась. Анна сомневалась в другом, действительно ли она так желает поскорее отсюда уехать, вновь стать обычной рядовой советской гражданкой. Регулярно встречаясь, будучи в отпусках со своими бывшими подругами по техникуму, она за исключением ванны, и горячей воды в кране находила немного прелести и в их существовании. Но, когда вспоминала о детях, о том, что дочь нуждается в постоянном врачебном внимании, а сыну для поступления в хороший ВУЗ необходима более качественная подготовка, занятия с платными преподавателями… она вновь склонялась к мысли, что надо переводиться. Тем не менее, окончательного решения так и не могла принять.
Уже собираясь покидать магазин, Агеев увидел выставленную на продажу книгу. Это была недавно вошедшая в моду документальная повесть писателя Карпова «Полководец». В книге описывалась жизнь и боевой путь генерала армии Петрова, одного из самых талантливых полководцев Великой Отечественной Войны. В первую очередь из-за личной скромности и интеллигентности он не удостоился славы Жукова, и в какой-то степени эта повесть восстанавливала историческую справедливость.