К примеру, поскольку моя речь была серьёзно ослаблена и говорил я медленно, я решил отказаться от публичных выступлений, но люди настаивали, утверждая, что моя замедленная речь позволяет им сосредоточиться на тишине между словами. И теперь слушатели, видя мои затруднения, пытаются закончить мои фразы за меня, и, таким образом, сами отвечают на свои вопросы. Хотя я и раньше использовал молчание как метод обучения, в настоящее время оно возникает без моего спроса, позволяет рождаться чувству пустоты, той пустоты, которую люди могут использовать в качестве врат к их внутреннему безмолвию.
Мой гуру как-то сказал гостье, жалующейся на страдания: «А я люблю страдания. Они переносят меня так близко к Богу!». И я понял, что неприятности, связанные со старением – в том числе и инсульты – могут быть использованы для духовного исцеления, если мы научимся смотреть на всё по-новому.
Хотя моя внешняя жизнь радикально изменилась, я не вижу себя жертвой кровоизлияния. Я вижу себя душой, которая наблюдает, как «ему» довелось испытать последствия этого удара. Полностью приняв моё, ныне весьма сложное, положение, я стал гораздо счастливее, чем раньше. Это вызывает беспокойство у некоторых моих близких. Они уверяют, что я должен бороться, чтобы снова ходить, но я не знаю, хотел ли бы я этого. Я сижу – я есть здесь. Я спокоен, я благодарен людям, которые заботятся обо мне. Почему это так? Хотя теперь я уже могу стоять и передвигаться понемногу при помощи ходунков, я полюбил мою инвалидную коляску (я называю ее «моя лебединая лодка») и благодарен тем, кто возит меня. Китайских императоров и индийских махарадж носили в паланкинах; в других культурах перемещение на колесах часто было символом высокой чести и власти. Мне не кажется, что важно всё, что наша культура называет «оптимальным». Перед ударом я много писал о неприятностях, которые являются следствием процесса старения, и давал советы, как справиться с ними. Теперь же, пережив то, о чём некоторые говорят, как о худшем из состояний, я счастлив сказать, что это всё не так уж и плохо.
Многим из нас нелегко принять старость – ни жизнь, ни смерть. Мы боремся против неизбежности и страдаем от этого. Следует найти другой способ восприятия происходящего – рождения, старости, изменений и умирания – какую-то точку зрения, которая, возможно, позволит нам посмотреть на возникающие неприятности, не вовлекаясь в собственную мелодраму. Это действительно помогает понять, что мы являемся чем-то, чем-то неизменным, красивым, полностью сознательным, и будем оставаться такими, несмотря ни на что. Полученное знание, конечно, не решит немедленно всех проблем. С этим я столкнулся и об этом писал в книге «Будь здесь и сейчас»: я все ещё получаю предназначенную мне долю страданий. Но видение перспективы с уровня души помогает избавиться от многих досадных мелочей, и я надеюсь, что эта книга позволит вам извлечь немного радости от пребывания «Все ещё здесь».
Окончание книги, которое ускользало от меня, теперь, наконец, прояснилось. Инсульт позволил мне увидеть новую перспективу, чтобы поделиться мыслями о старении, перспективу, которая говорит: «Будь не мудрым стариком, а воплощением мудрости». Это меняет всю суть игры. Это не просто новая роль, но новое состояние бытия. Это реальность. В свои почти семьдесят, в окружении заботливых и любящих людей, я все ещё учусь быть здесь и сейчас.
Фрагмент из книги «Все ещё здесь»
БЫТЬ ЛЮБОВЬЮ
5 июня 2013
5 июля 2011
Наиболее важным аспектом любви является не отдавание или получение, а её внутренняя суть. Когда мне нужна любовь от других или следует дать любовь другим, я попадаю в условия нестабильной ситуации. Пребывать в любви, а не отдавать или принимать ее – это единственное, что обеспечивает устойчивость. Находиться в любви означает видеть Возлюбленного во всём вокруг себя.
Я не заинтересован в наличии конкретного «возлюбленного». Я заинтересован лишь в наличии любви. В нашей культуре мы думаем о любви, как о вещи относительной: «Я люблю тебя» или «Ты – мой любовник». Но в то время как эго построено вокруг отношений, душа – отнюдь нет. Она хочет только быть любовью. Истинная радость, например, состоит в том, чтобы превратить кого-то, кого вы не любите изначально, в Возлюбленного. Один из практикуемых мною способов состоит в размещении фотографии политика, с которым я активно не согласен, на моем столе пуджи – на моем алтаре. Каждое утро, когда я просыпаюсь, я говорю «Доброе утро!» Будде, моему гуру и другим святым существам, чьи изображения находятся там, хотя я считаю это несколько иным, чем говорил бы: «Здравствуйте, мистер Политик!». Я знаю, это выглядит курьёзным, однако напоминает мне о том, как далеко я должен идти, чтобы увидеть Возлюбленного в каждом. Мать Тереза писала об этом: «Видеть Христа во всех его огорчающих (вас) обличьях». Когда я понял, что Мать Тереза фактически участвовала в сокровенной любви с каждым из нищих и прокажённых, которых она собирала по канавам Индии, я подумал: «Вот так следует играть в игру любви». Смысл того, что я практиковал в последнюю четверть прошлого века: разглядеть Возлюбленного и быть с Ним везде.