Часом позже они уминали плотный обед из картонных коробочек, попутно размышляя, как им быть. Оставаться здесь было небезопасно: Жак всё ещё числился в розыске.
— Ты же не будешь безвылазно сидеть в квартире, — заметила Сол. — Так что это не вариант.
По мере того, как чувство голода утолялось её любимой едой: тёплым салатом с морепродуктами, красной рыбой под белым соусом и твёрдым сыром, настроение её становилось всё более приподнятым и оптимистичным.
Она, в свою очередь, рассказала Жаку про Йорфс и смелые планы Альтаира по его спасению. Когда её рассказ подошёл к концу, за окнами уже занимался лиловый феррумский рассвет, разливая по стремительно светлеющему небу по-летнему яркие дерзкие краски.
— Здесь тебе оставаться нельзя, — безапелляционно заявила Сол, обильно поливая соусом кусок рыбы. — Абсолютно исключено.
— Но я хочу помочь! — горячо возразил Жак.
Рассказанная Сол история произвела на него слишком сильное впечатление.
— Нет, — она постаралась придать голосу строгости.
— Но я могу помочь!
— И речи быть не может! — Сол была непреклонна. После того, как мальчишка прямо попросил помощи, она невольно почувствовала себя в ответе за него. Тем более, что его отец сейчас так далеко, другие родственники (а есть ли они? Жак ничего не говорил, а она сама тактично не стала поднимать эту тему) также ничем не могу помочь, а их общий враг — могущественная правительственная структура. Враг более чем опасный. Такого врага нельзя недооценивать.
— Я не боюсь, — тут же возразил он.
— Зато я боюсь, — Сол глубоко вздохнула, подбирая слова. — Жак, твоя самоотверженность делает тебе честь. Но безрассудный героизм никому не нужен. Пойми, всё это действительно крайне опасно.
— Но…
— Ещё одно "но", и я запру тебя здесь до скончания века! — взорвалась Сол. — И учти, я сумею закодировать замки так, что тебе их будет не вскрыть. Не улизнёшь, не надейся.
Жак опустил голову. Сол даже показалось, что он вот-вот разревётся.
А в самом деле, что же делать? Отвезти его к отцу, на Адамант? Сол с сомнением нахмурилась. Сбежит. В десятилетнем возрасте бороться за свободу опальной планеты куда интереснее и увлекательнее, чем сидеть целыми днями в пещерах фригонов и слушать витиеватые речи великого вождя о высших силах и об устройстве мироздания.
Может, отвезти его на какую-нибудь тихую планету вроде Розариума, отыскать знакомых — при большом желании приме-пилоту не составит труда найти знакомых на любой планете — и попросить приглядеть за мальчуганом?..
Всё бы ничего, но пацан в розыске. Впрочем, проблемы появляются ещё на слове "отвезти".
Попросить Альтаира смастерить фальшивые документы? Слишком долго. Да и не хочется лишний раз просить его о помощи в деле, с которым она в состоянии справиться сама.
— Тебе повезло, что ты прима, — Сол шагнула к платяному шкафу и распахнула дверцы. — Есть шанс просочиться через КПП. Если будешь делать всё в точности, как я скажу, мы сможем попасть на Вольтурис и при этом не собрать на себя хвост из бдительной охраны, — она придирчиво оглядела ряд вешалок с одеждой. Гардероб небогатый: не любит она наряжаться, да и полезла она сюда не за этим. — Полетишь на Йорфс… Не спорь, пожалуйста! Это единственная планета, где тебя точно не станут искать.
— Но я…
— Хочешь быть полезен? — подхватила Сол. — Вот и будешь. Познакомишься с аборигенами, выучишь их язык. Поживёшь там, посмотришь на их жизнь, так сказать, изнутри. Может, узнаешь что-нибудь важное, потом поделишься с нами. Но прежде ты мне должен будешь поклясться: без ненужного геройства и без глупостей.
— Хорошо, — Жак покладисто кивнул.
— Вот и договорились, — Сол, наконец, нашла что искала: коробку с маскарадными костюмами, из которой она извлекла длинный тёмно-каштановый парик. — Ну-ка, примерь.
Два дня спустя они шагали по главному вестибюлю орбитальной станции Феррума. С лифтом проблем не возникло: пограничный контроль был на само́й станции, непосредственно перед проходом к шлюзам, а поскольку пассажирские корабли почти не пользовались орбитальным космопортом, то строить полноценный пассажирский терминал здесь не стали. С одной стороны, это было беглецам на руку: меньше охраны и кордонов, но с другой — любой гражданский на Станции неизбежно привлекает внимание.
— Приветствую, дамы, — шедший им навстречу сотрудник кивнул Сол и с любопытством покосился на её "спутницу".
— Счастливый день, — обречённо буркнул Жак.
В тщательно уложенном парике и её старом штатском комбинезоне его действительно можно было принять за девчонку, хотя Жак заметно нервничал: то теребил пряди парика, накручивая локон на палец, то одёргивал куртку, которая была ему слегка коротковата, — а по мнению Сол, это могло погубить всё дело.
— Перестань дёргать себя за волосы, — процедила она, когда они отошли подальше и мужчина уже не мог их услышать. — Это бросается в глаза. И не отставай.
— На меня все смотрят! — захныкал Жак. — Этот жалкий маскарад никого не обманет. И вообще, мне противно притворяться девчонкой!
— Немедленно прекрати истерику! — цыкнула на него Сол. — Ты обещал беспрекословно меня слушаться! Расслабляться рано. Нам ещё через паспортный контроль тебя надо протащить. Так что не ной и не выходи из образа!
Терминал паспортного контроля на Станции занимал скромное помещение в самом дальнем крыле. Пользовались им нечасто: львиную долю пассажиропотока принимал на себя планетарный космопорт, а пилотам и экипажу не было нужды специально отмечаться на контроле: система регистрировала их автоматически.
— Я отвлекаю, ты взламываешь компьютер, — в который раз повторила Сол, перехватывая поудобнее большой пакет с попкорном. — У тебя будет минута. Максимум — две. Будь предельно внимателен — у тебя нет права на ошибку. Повтори легенду!
— Зельда Бланкет, уроженка Розариума, — затараторил Жак нарочито тонким голосом. — На Ферруме обучался…
— Обучалась!!
— На Ферруме обучалась по обмену, — поспешно поправился Жак. — Не смогла вылететь домой вместе со всеми, так как опоздала на рейс, но к счастью, нашла попутный катер и — невероятно — пилот соизволил взять меня на борт пассажиром.
Вообще-то во всей этой истории не было ничего из ряда вон выходящего, пусть Жаку она и казалась притянутой за уши: пилоты нередко брали попутчиков, в том числе и гражданских; отказывать без веской причины было не принято, брать оплату — тем более. Этика межзвёздных полётов диктовала взаимоотношениям между людьми свои условия.
— Да уж, невероятное везение, — усмехнулась Сол. Она тоже нервничала, хоть и старалась открыто не выказывать своего волнения. Хотя бы для того, чтобы подавать правильный пример Жаку.
Раздобыть за сутки чужой паспорт, к тому же и с действующей визой, было, конечно, нереально, да и бессмысленно: такой финт раскусили бы в два счёта; Сол же надеялась, что их авантюра не будет разоблачена так просто и быстро. Они решили пойти другим путём: воспользовавшись способностями примы, Жак должен был подключиться к компьютеру контролера и "убедить" его, что перед ним — не Жак Легрант, а Зельда Бланкет.
— И что же ты изучаешь, Зельда? — Сол продолжала экзаменовать своего юного подельника.
— Физику элементарных частиц и пространственно-временные взаимодействия, — с готовностью отрапортовал Жак.
— Слишком заумно, — она поморщилась. — Надо что-нибудь попроще.
— Если об этом вообще спросят.
— Могут спросить, — она сунула пакет с попкорном под мышку и потянулась к двери. — Контролёры бывают весьма любопытными. Главное, держи в голове, что ты девушка.
— Счастливый день! — сотрудник таможни приветливо улыбнулся. — Слушаю вас.