— Я легла в дрейф сразу после гиперперехода, — у Сол окончательно всё перемешалось в голове. — Я не знала, что вы здесь, господа… Господин…
— Ах, да, я же вам так и не представился, — спохватился белокурый. — Меня зовут Лайан. Лайан Бондевик.
Что-то шевельнулось в памяти.
"Знаешь, кому принадлежал разбитый тобой флаер? Лайану Бондевику, племяннику премьер-министра!"
— Гм… Я… Простите за флаер, — промямлила она.
Лайан расхохотался. Артуар Глэйд громко цокнул языком, неодобрительно покосившись в его сторону.
— Я должна была сбросить модуль над планетой "ZT-9"… — сбивчиво пробормотала Сол.
— У-у, нас с вами удостоили "девятки", — Лайан весело обернулся на магистра; в светло-голубых глазах сверкнули озорные искорки. — Недурно для обвиняемых в "нарушении незыблемости государственной системы, призывах к мятежу и попытке переворота", — с каждой фразой он загибал палец.
— Что это за планета? — Сол била крупная дрожь.
— Пустышка. Ну, кислород там, конечно, есть. Но это не имеет особого значения, без воды всё равно не выжить. Но всё же лучше, чем "семёрка", там атмосфера почти полностью состоит из паров серной и соляной кислот — примерно пятьдесят на пятьдесят.
Сол побледнела, а затем покраснела — но уже от вскипающей ярости. Пазл, который ещё минуту назад представлял собой мешанину разрозненных деталей, начал складываться на удивление быстро и ладно.
Премьер ушёл в отставку… Уж не из-за Лайана ли?
Артуар Глэйд открыто выступил с крамольными заявлениями — и тоже оказался здесь.
— Я узнал обо всём далеко не сразу, — принялся рассказывать Лайан, когда все трое поднялись в кабину пилота. — Информацией об RX-11 владеют лишь избранные — узкий круг трёх глав нашего ведомства и их приближённых. Так случилось, что я вошёл в их число — и узнал страшную правду.
Он глубоко вздохнул, жадно глотнул воды из протянутой Сол бутылки.
— Я был самым молодым в их осином гнезде. Думаю, поэтому мне не доверяли до конца, — продолжал Лайан. — Я не уверен, что знаю всё, — вероятно, какие-то детали от меня утаили. Но основное мне стало известно: планета RX-11 — темница для асоциальных личностей, а также для всех неугодных. Её используют, если возникает необходимость изолировать кого-нибудь от общества. Обычно это убийцы, насильники, рецидивисты, — одним словом, генетический мусор. Раньше их пускали на органы или отправляли на каторжные работы, но потом, когда идеи гуманизма победили, к тому же стало проще вырастить любую ткань из стволовых клеток, всех преступников такого рода стали просто-напросто отправлять на планету-тюрьму.
— Население Йорфса — десять миллиардов, — заметила Сол. — Вернее, так было до вируса, — торопливо поправилась она. — Сейчас — раз в сто меньше.
Лайан Бондевик пожал плечами.
— Я говорю лишь то, что знаю. Десять миллиардов… Сложно сказать. Те ссыльные, что проходят по нашим документам — единицы, не больше одного-двух в год.
— Что произошло сорок тысяч назад? — Сол пытливо заглянула ему в глаза. Но взгляд Лайана не противоречил его словам: похоже, он действительно ничего об этом не знал.
— Увы, мне это неизвестно. Я могу лишь предположить, что сорок тысяч лет назад было принято решение сделать из планеты тюрьму, и Йорфс получил свою незавидную роль, — Лайан безрадостно улыбнулся. — Но зато я знаю вот что: сейчас официальная доктрина в корне поменялась, и причиной тому слишком активные действия мафии. Экологи, которые среди нас тоже имеются, забили тревогу, и в конце концов им удалось пролоббировать отказ от политики невмешательства. Население планеты решено полностью уничтожить, — после чего экосистема восстановится сама.
— Так радикально? — Сол опешила. — А как же люди?
Лайан издал короткий смешок, но Сол ответил не он, а магистр Глэйд.
— Люди — свидетели и очевидцы, а очевидцы событий более чем нежеланны. Если выяснится, что мафия действовала в интересах людей, чьи права и свободы были вопиющим образом попраны, большинство населения встанет на их сторону. Представляете, как это пошатнёт позиции властей?
— В итоге верхушка гвардии безопасности пришла к выводу, что уникальная флора и фауна планеты должна быть спасена, — продолжил Лайан. — Жители планеты Йорфс в этом раскладе оказались битой картой. Почти все проголосовали за такой итог.
— А вы?
— Я никогда не был циничной бесчувственной тварью, — Лайан усмехнулся. — Видимо, поэтому меня и выгнали.
— Мы смогли бы восстановить экологию Йорфса, не погубив ни одного человека! — уверенно заявила Сол. — У Альтаира был план, я изучала его, и я знаю: у нас бы всё получилось! У нас уже стало получаться… — она задохнулась от возмущения. Острая боль от осознания, что случившаяся с Йорфсом трагедия — следствие умышленных действий кучки бездушных ублюдков, нахлынула с новой силой. И пусть совсем недавно она упрекала Альтаира в неправильной тактике и ненужной партизанщине, то теперь она всецело была на его стороне.
— Вы всё испортили, — горько прошептала она.
— Не я, — сухо поправил Лайан. — Я, если вы заметили, с самого начала был против геноцида. И всеми силами пытался этому помешать.
Сол перевела взгляд на магистра Глэйда.
— Ну, знаете ли! — искренне возмутился магистр. — Публикуя свои статьи, я и помыслить не мог, что касаюсь табуированной темы! Мне и в страшном сне не могло привидеться подобное. Вот уж не ожидал такой подставы от своего любезного коллеги.
— У нас же столько резервных планет, полностью подходящих для жизни, — пробормотала Сол, ошеломленная жестокостью его слов. — Даже в нашей префектуре хватило бы свободных планет. Что такое десять миллиардов? Капля в море.
— Часть людей можно было бы эвакуировать на другие планеты, часть — оставить на Йорфсе, — Лайан пожал плечами. — Так или иначе, я надеялся, что у нас получится спасти планету. Я решил, что как можно больше людей должны узнать правду о Йорфсе. Мне нужно было, чтоб об этом стало известно учёным, и доктор Легрант оказался весьма кстати.
— Так это вы?.. — ахнула Сол. — Вы заставили Жака ввести координаты гиперперехода? Да ещё и память ему подтёрли!
— Простите, мисс Кеплер, — Лайан виновато улыбнулся. — Но нужно было что-то делать. Я опасался открываться даже близким друзьям, а уж тем более — коллегам из гвардии; даже те, кто казались мне лояльными, могли предать или просто струсить, побоявшись вступать в конфронтацию с большинством и официальным курсом. У меня почти не было единомышленников, а действовать нужно было немедленно. На твоём месте мог оказаться любой другой пилот — но рейс на Аргент стоял в полётном плане у тебя. Словом… Так уж сложилось.
— Спасибо, удружили, — едко вставила Сол. — Господин Прест тоже с вами заодно?
— Нет, — Лайан качнул головой. — Он почти ничего не знал. Балабол и болтун, с него толку как с мурра молока. С такими заговоры устраивать — дохлый номер. У Траверса была одна задача: уговорить вас взять на борт доктора Легранта. По координатам, сообщённым Жаку, вы должны были выйти прямо к RX-11. Но мы просчитались. Вольтурис стартовал с другого космодрома и, соответственно, ушёл в гипер в совершенно другом квадранте, плюс на несколько часов позже, чем было заложено в расчёты. Поэтому координаты оказались неточными и гиперпереход не вывел вас непосредственно к Йорфсу.
— Альтаир нашпиговал орбиту Йорфса беспилотниками, атакующими всякого, кто приближается, не сообщая пароль, — проинформировала Сол. — Вы были не в курсе, я полагаю?
— Не в курсе, — признал Лайан. — Я вообще слишком мало знал, как оказалось, — пасмурно добавил он. — И в итоге всё получилось совсем не так, как хотелось бы. Планеты вы не достигли, однако обнаружили зонд. И я был уверен, что вы не станете молчать об этом.
Сол хмыкнула.
— Чего вы хотите, господин Бондевик? — прямо спросила она. — В одиночку противостоять своим бывшим соратникам? Добиваться справедливости?