Сама я в командировке в Финляндии оказалась в 1977 г. После трехнедельных курсов финского языка в г. Лаппеенранта поехала на неделю в Хельсинки. Отдел словаря карельского языка входил тогда в структуру Кастренцанума, научного центра по исследованию родственных языков, располагавшегося в основном здании Хельсинского университета. Но уже со следующего, 1978 г., этот научный центр был преобразован в Научно-исследовательский центр языков Финляндии, подведомственный Министерству просвещения. Отдел словаря карельского языка существует с 1955 г. Его основателем и продолжительное время руководителем был академиком П. Виртаранта. Секретарем редакции словаря карельского языка являлась госпожа Хельми Виртаранта. К тому году сотрудники отдела словаря подготовили и выпустили уже два тома: (А-J, 1968), (К, 1974). А вот третий том был подготовлен уже при активном участии научных сотрудников Райи Копонен и Марьи Торикка. С четвертого тома к работе над словарем подключилась Леена Йоки. В 2005 г., они завершили невероятную по охвату материала и объему работу, выпустив последний, шестой том «Словаря карельского языка».
Тогда, в августе 1977 г., я с волнением просматривала прекрасную тверскую картотеку Юхо Купола, собранную им в 1912-13 гг. у весьегонских и толмачевских карел. Точная передача фонетики говоров, тщательная разработка словарной карточки в плане выявления основных словоизменительных форм имени и глагола, отличное раскрытие значения слова в примерах. Таких словарных карточек было около 15 тысяч. С десятка карточек с менее знакомыми для меня лексемами я сняла ксерокопии. Это тоже особая страница в впечатлениях той поездки. Ксерокс стоял просто в фойе того же этажа. Мне нужно было указать лишь количество страниц и дату в журнале, который находился тут же на шнурочке.
У нас в Карельском филиале АН на участке оперативной печати, первый ксерокс появился в 1984 г. Я в те годы была уже ученым секретарем нашего филиала АН и мне приходилось входить в тонкости работы редакционно-издательского отдела. Конечно, тогда вынуждены были ограничивать ксерокопирование и по характеру, и по объему заявок. Очень берегли также расходные материалы.
Моя работа над словарем вроде продвигалась, но как-то неровно. Были болезни, а затем и утрата близких. Когда я в последний раз отвезла мать в Толмачи, она просила меня не уезжать. К тому же было вакантным место директора в нашей соседней школе. Морально, психологически мне было очень тяжело. Диссертация лежала в Тартуском университете, ее защита затягивалась лишь по формальным причинам, не имеющим отношения к нашим работам. А вскоре после защиты я начала работать ученым секретарем Института ЯЛИ, а затем в 1983-86 гг. и в целом Карельского филиала АН. И более чем на восемь лет оказалась формально оторванной от словаря. Была ли словарная работа для меня нудной? Нет, наоборот, живой, а порой и увлекательной. Просто ее неизбежную протяженность во времени решила сочетать с каким-то иным, но тоже веским делом, дающим мне некую внутреннюю устойчивость. В отпуск я ехала только в Тверскую область, и картотека пополнялась новым материалом, устранялись неточности. Иногда могло неожиданно сверкнуть новое слово, его иное значение. А здесь в Петрозаводске выкраивала время для написания словарных статей.
Годы моей административной, а точнее — научно-организационной работы были достаточно интересными, результативными для института. Заметно рос объем научной продукции; выходили из печати обобщающие работы, комплексные исследования. В 1983 г. в издательстве «Карелия» был опубликован коллективный труд по важнейшим проблемам этнической, социально-экономической истории карел. Вышла монография Э.Г. Карху по истории литературы Финляндии, вскоре опубликованная и в самой Финляндии. В институте продолжалась работа над рядом двуязычных словарей. Институт печатал часть своих научных трудов в соответствии с планами издательства «Наука», чаще через Ленинградское отделение издательства. Там, например, выходил серийный сборник сектора языкознания «Прибалтийско-финское языкознание».
Увеличивающийся объем подготавливаемых рукописей сдерживался трудностями их качественной перепечатки: нужны были современные печатающие машинки. М.Н. Власова добивалась через Академснаб приобретения современной оргтехники из зарубежных стран. Так у нас в институте появились импортные машинки типа IBM, многотрифтоновые, со сменными головками. В секторе истории на этих машинках шла подготовка к изданию сборника «Карелия XVI-XVII вв. в документах». В последующем был осуществлен компьютерный набор и верстка этого сложного по своему содержанию, языку документов и графике письма издания.